Книга Эхо Мертвого озера, страница 10 – Рэйчел Кейн, Керри Райан

Последняя строчка заставляет меня содрогнуться. Большинство угроз в наш адрес – просто угрозы. Настрочить кучу полных ненависти постов легко, выполнить обещание возмездия куда сложнее.

Однако к этому, похоже, стоит отнестись серьезно. Понятия не имею, какой информацией они якобы располагают, но точно знаю: доказать мою вину нельзя. Потому что я невиновна.

Я ничего не знала о темной стороне своего мужа. Он позаботился об этом. После похищения сразу перереза́л жертвам голосовые связки, чтобы они не могли кричать. И потом мучил их сколько душе угодно, пока его семья сидела у телевизора по ту сторону гаражной двери.

Сердце пронзает острый укол сожаления. Порой я невольно думаю, что должнабыла знать о происходящем. Что не будь я такой покорной и тихой и не побоись усомниться в Мэлвине, то узнала бы правду.

Но узнай я правду, мне настал бы конец. Мэлвин совершенно ясно дал это понять, когда пришел пытать и убить меня во время жуткого шоу в прямом эфире.

Умри я, мои дети оказались бы в его власти.

От одной мысли об этом к горлу подступает тошнота. Поглаживаю себя по рукам: мне вдруг становится холодно.

Со вздохом пересылаю Кеции электронные письма с угрозами Сэму и детям, а копию – моему контакту в ФБР с припиской: «Еще больше таких писем адресовано лично мне. Сообщите, если вы можете разобраться с теми, кто угрожает моей семье».

Я знаю заранее ответ ФБР. Мы понимаем, что вам нелегко, и примем меры. А пока сделайте все возможное, чтобы обезопасить себя и свою семью. Кеция станет относиться ко мне с большей теплотой, добротой и тревогой, хотя я прекрасно понимаю: она всего лишь детектив полицейского отдела Нортона, Теннесси, и мало что может. Но все-таки хорошо иметь друзей, а Кеция – отличный друг. Мы вместе прошли через такое дерьмо… Я обязана ей своей жизнью и жизнями детей. Этот долг я никогда не смогу вернуть.

Вздрагиваю от стука в открытую дверь. Сэм прислонился к косяку, наблюдая за мной. Он сразу понимает: что-то не так.

— Что случилось?

— Ничего, – невольно огрызаюсь по старой привычке все скрывать.

Сэм поднимает брови и ждет. Он знает, что я вру, но еще знает, что не из злого умысла, а по привычке, от которой пытаюсь избавиться.

Я вздыхаю:

— Получила странное письмо. Ничего особенного.

— Раз ты называешь его странным, значит, это что-то из ряда вон.

Сэм заходит в кабинет, прикрыв за собой дверь, и садится за стол напротив меня. Я пододвигаю к нему распечатку пресс-релиза и наблюдаю, как он читает.

Я знаю, в какой момент он доходит до «Погибших ангелов» и своей роли в их основании, потому что его губы сжимаются. Это больная тема для нас обоих. Когда Сэм узнал, что Мэлвин убил его сестру, он был вне себя от горя и справился с ним единственным доступным ему способом – обратив в гнев. И, к сожалению, обрушил его и на меня и мою семью.

Я не виню его: он потерял сестру, погибшую ужасной смертью. Я виню Мэлвина. Еще один пример того, что подвешенные им в камере пыток в гараже женщины – не единственные его жертвы. Их близкие тоже пострадали.

Дочитав до конца, Сэм кладет распечатку на стол и вздыхает. Ему больно осознавать, что его детище продолжает причинять такое горе и угрожать нашей семье.

— Ты знаешь этого Леонарда Варруса? – наконец спрашиваю его. – Нам стоит тревожиться?