Книга Торговец цветами, страница 375 – YeliangHua

Чу Ваньнин медленно покачал головой. Его шея и затылок онемели от шока, так что движение вышло дёрганным. Он снова попытался отстраниться, но Мо Жань внезапно перехватил губами весь ствол пистолета, глядя прямо ему в глаза.

— Прекрати!.. — Чу зажмурился, потому что картина была настолько бесстыдной, что у него волосы встали дыбом. — Мо... Жань, чего ты добиваешься?!..

В следующее мгновение губы Вэйюя прошлись по костяшкам пальцев, и парень впился зубами в его ладонь, в то же время продолжая рукой придерживать пистолет так, чтобы Чу его не выпустил.

— Ответь мне.

— Что ты хочешь, чтобы я сказал?!

Мо Жань наконец как будто отступил, и Чу приоткрыл глаза, надеясь, что у парня закончилось это чёртово временное помешательство. Однако, стоило ему вглядеться в полумрак, как он понял, какую ошибку допустил.

Мо Жань никуда не отстранился. Он продолжал вглядываться в лицо Ваньнина, направляя пистолет себе в грудь. Терпеливо чего-то ждал, и раскрасневшиеся от поцелуев губы выделялись на фоне странно-бледного лица.

— Мо Жань… — Ваньнин снова попытался убрать оружие, но Вэйюй перехватил его ладонь.

Всё так же молча. Упираясь в глаза Чу настойчивым взглядом.

И Чу Ваньнин вдруг понял.

Никакие слова любви не сделают Вэйюя счастливее. Он продолжит винить себя, даже если Чу Ваньнин вывернет перед ним наизнанку всю душу, и отдаст ему всё, что когда-либо имел, до капли.

Однако было то единственное, что он всё ещё мог сделать для Вэйюя.

На секунду мужчина прикрыл глаза, пытаясь найти в себе решимость — а затем тихо проговорил:

— Сними куртку. — Мо Вэйюй замер. На его лице отразилось недоумение, но Чу Ваньнин неожиданно подтолкнул дулом пистолета его в грудь. — Быстро.

Парень как будто отошёл от мгновенного шока. Несколько нерешительно он потянул бегунок змейки вниз, а затем высвободился из рукавов и отбросил пуховик на заднее сидение. Теперь на нём были лишь свободная толстовка и облегающие тёмные джинсы.

— Расстёгивай ремень, — продолжил Чу Ваньнин, не выпуская Вэйюя с прицела.

Его голос казался ему самому странно хриплым и громким в почти оглушающей тишине, нарушаемой лишь шорохом одежды.

Мо Жань на этот раз не колебался, и бросил лишь один вопросительный взгляд на Чу — сам балетмейстер к этому времени чувствовал себя настолько неловко, что, казалось, ещё немного — и его уши начнут светиться в темноте.

Когда с поясом было покончено, пальцы парня замерли над верхней пуговицей. Он осторожно поддел её, вопросительно глядя на Чу.

— П… продолжай, — Ваньнин быстро сглотнул, не находя в себе сил озвучить, что именно Вэйюй должен сделать дальше.

Парень неторопливо расстегнул верхнюю пуговицу, а затем снова поднял взгляд на Ваньнина, его щеки теперь выглядели вовсе не такими бледными, полные красные губы влажно поблёскивали в отсветах снега и приборной панели.

Чу теперь уже сам подался вперёд, неловко накрывая рот юноши своим. Очертил языком разгорячённую мякоть, а затем проник глубже, проходясь по кромке острых зубов. Он продолжал вжимать дуло пистолета Мо Жаню в живот, при этом вторая его ладонь легла на затылок Вэйюя, привлекая его ближе, вовлекая в долгий поцелуй от которого в груди будто кто разлил кипящий металл. Одним движением он толкнул водительское кресло назад, а затем переместился на колени Вэйюя. Места в машине было мало, а потому ноги неловко упирались по обе стороны от бёдер парня в сидение.