Книга Лучший друг моего парня 2, страница 99 – Мария Манич

— Зачем? — спрашивает, скатываясь с меня.

Снимает презерватив и завязывает его узлом.

— В душ. А я не чувствую ног.

— Я отнесу тебя.

23.1

Мирон действительно помогает мне добраться до ванной, включает тёплую воду в душе и аккуратно опускает на ноги. Сам залезает следом и увеличивает напор воды, чтобы струи душа долетали и до меня, и до него. Выдавливает гель на ладонь и размазывает жидкость себе по груди, животу и члену. Смотрит мне в глаза. Выглядит очень порнографично.

Мы только что занимались сексом, а у него до сих пор стоит. Разве что член совсем немного приуныл. Это нормально? Он что, жрёт какие-то пилюли?

— Что? — спрашивает хрипло Мирон, ловя меня за разглядываем, его тёмная бровь вопросительно выгибается. — Хочешь ещё добавки, НеАнгел?

Мышцы между ног болезненно сжимаются. Тело всё ещё ватное и мягкое после пережитого оргазма, как и мозги, соображаю я медленно и вяло. Не уверена, что смогу пережить сегодня хотя бы ещё один раунд с Мироном.

— На сегодня хватит. — Отворачиваюсь, подставляя под горячие упругие струи голову. — Передай шампунь.

Дальше мы моемся, почти не касаясь друг друга, и не разговариваем.

Медленно, лениво и как-то по-семейному. Хотя я мало что знаю об отношениях двоих людей, после того как в их паспорте появляется штамп, и никогда не задумывалась, хочу ли я получить такой же. Но сейчас, оборачиваясь в душевой на Мирона, наблюдаю, как он смывает с чёрных волос белую пену от шампуня, закрыв глаза. Полностью обнаженный и даже в какой-то мере уязвимый, не стесняясь этого, позволяет мне рассматривать его тренированное тело со всех ракурсов. И я понимаю, что семейная идиллия двух людей это что-то из этого разряда. Быть рядом с другой половиной полностью открытым, как наедине самим с собой.

Сердце сжимается от странной тоски.

Интересно, мы с Мироном могли бы построить что-то общее? Целое, без осколков, о которые можно до крови поранить сердце, душу и тело. Основанное не на сексе и физическом влечении. На чём-то большем. На настоящих, искренних чувствах, идущих из самой глубины двух сердец.

Да? Нет? Я не знаю…

Думать о таком точно рано. Не то время.

— Дашь мне свою футболку? — спрашиваю, когда мы заходим в комнату.

Распаренная от тёплой воды кожа покрывается мурашками на контрасте с холодным воздухом. Перед тем как мы отправились в совместный душ, Мирон открыл окно на проветривание. Ерошу кончики мокрых волос полотенцем и смотрю на парня.

Гейден достает из ящика в шкафу чёрные боксеры и, скинув своё полотенце, натягивает их на упругий зад. Смотрит на меня через плечо. Никакого смущения или стыда. Он король положения, даже если останется стоять в одних носках.

Сейчас носков на нём нет, есть только остаточные капли воды на теле, переливающиеся под мягким светом от настенной лампы. Мышцы перекатываются при каждом движении и в игре света кажутся ещё более выразительными и графичными. Мне хочется прикоснуться к нему. Снова. Провести ладонями по плечам, зарыться пальцами в мокрые волосы на голове, потянуться к его губам…

— Мы не купили тебе пижаму? — хмуря чёрные брови, интересуется Мирон.

— Купили, но я хочу спать в твоей футболке, — встаю в позу.

Интересно, не перегибаю? Мост под ногами дребезжит. Неужели не даст?

— Можешь спать голой.