Книга Бывший сводный брат, страница 10 – Мария Манич

Волоски на руках встают дыбом.

Меня прошибает пот. Выступает капельками на коже. Покрываюсь мурашками и сильнее стискиваю зубы. Надеюсь, эти двоя не увидят в полумраке салона, как дрожит мой подбородок.

Быть изнасилованной тоже один из моих страхов. Второй триггер.

Испуганно оглядываюсь на Артёма. Перебегая взглядом с него на водителя.

Оцениваю ситуацию: в машине двое мужчин, я – одна. И даже наше совместное прошлое не остановит Артёма, если вдруг он захочет то-то мне сделать.

Начать умолять выпустить меня или пока рано? Пустить слезу? Давить на жалость? Рассказать про Надю?

Возможно, будь я при смерти, и решилась на такие откровения, но сейчас, прикусив щеку изнутри, стараюсь просто не расплакаться.

Артём какое-то время молчит. Я ощущаю на себе его взгляд. Он ощупывает моё тело, плохо прикрытое откровенным нарядом, и что-то для себя решает, медленно кивая.

Мой приговор откладывается?

— Сергей, открой. Жди здесь. Я быстро.

Артём выходит из машины вместе со мной. Я поправляю платье и, прижимая к груди маленькую сумочку, семеню к подъезду.

— Зачем ты идешь со мной? – не могу удержаться от вопроса, знаю: он шагает рядом, не отставая. Но голову поворачивать и проверять не желаю.

Все еще трясет. Я очень-очень много лет не чувствовала себя такой уязвимой. И мне не нравится, что вновь чувствую это сейчас. Рядом с Артемом.

— Я уже сказал.

Ах да! И правда, сказал!

Запрокинув голову, громко смеюсь. Мой истеричный смех разносится над пустым сонным двором и еще несколько секунд эхом звенит в ушах.

Николаев раздраженное прикрывает глаза и бесцеремонно подталкивает меня вперед.

Первое касание. Быстрое и внезапное. Как укус пчелы.

Я дергаюсь рефлекторно и отшатываюсь в сторону.

— Не трогай, – шепчу тихо.

— Не веди себя, как дура. Тебе не идет.

Артём галантно пропускает меня первой в подъезд, затем в лифт. В кабине становлюсь от него как можно дальше, стараясь опять прикрыться руками и сумкой. Не поднимаю взгляда, смотрю строго над плечом мужчины. По рукам бегут дурацкие мурашки, буквально поселившиеся в это утро на теле, заставляя меня поëжиться.

Я напугана до чëртиков.

— Если ты сейчас планируешь взимать с меня долг, хочу тебя разочаровать: у меня месячные, – говорю очень тихо.

— Потерплю…

В каком смысле потерпит?

— …я не брезгливый.

Удивлённо вскидываю голову.

Артем стоит напротив, у противоположной стены. Вертит в пальцах тонкий смартфон, неприятно ухмыляется, осматривает меня с головы до ног и обратно, а потом впивается взглядом в моё лицо, находя глаза.

Он точно не брезгливый и мы оба знаем почему.

Я не могу пошевелиться, ни вдохнуть, ни выдохнуть. Пытаюсь выдержать зрительный контакт, не спасовав. То, что транслируется в его взгляде, мне совсем не нравится. Там пляшет угроза вперемешку с дикой неприязнью. И наши общие воспоминания.

Он тоже об этом думает. О моем первом разе с ним.

— Давай решим всё как-нибудь по-другому, – пытаюсь говорить спокойно, вставляя ключ в замочную скважину.

Выходит, не с первой попытки.

Колотит мелкой дрожью. Совсем не от холода, на дворе всё-таки июль, хоть и ранее утро. Зубы стучат так сильно, что Артём, наверное, слышит и понимает – он является причиной моего внезапного озноба.

Затылок обжигает очередная холодная усмешка.