Онлайн книга «Ненастоящая семья»
|
«Трахается он божественно, пользуйся моментом, пока можешь. Я своим воспользовалась…» Моментом… Он эту ересь тоже ей в уши лил? Для всех один сценарий? Пропой о любви, и мокрые трусы с девушек испарятся сразу? Снова смотрю на фото. Оно задевает меня больше, чем подписи Таньки, сочащиеся ядом. На Роме те чёртовы брюки, на которые я пускала слюни в день защиты диплома. В тот день, когда его бывшая вобла испортила наш момент, звоня пьяной в домофон. В тот день, когда он бросил меня одну, возбуждённую и влюбленную, в своей квартире и уехал провожать её. Его не было слишком долго, и только сейчас я понимаю почему… — Лен, что там? На тебе лица нет. Что-то с Зоей? Поднимаю глаза и медленно моргаю. Вот же он, мой Рома. Вытяни руку и можно коснуться. Потрогать, погладить, поцеловать. Прижаться и умолять заняться любовью, как я и сделала ночью. А потом что? Он отлюбит меня и опять поедет к другой? Это насмешка такая? Я не замечаю, как Дроздов оказывается рядом. Слава богу, уже в трусах. Видимо, что-то в моём лице его испугало, потому что выглядит он озабоченным. Хмурится. — Ты… — сиплю, пытаясь протолкнуть в горле царапающий ком. — Ты с ней спал? Тогда? — Когда? С кем? А как играет! Не понимает он. Зря в фотографы пошёл, такой актёрский талант в землю зарывает. — С любовью своей, Филатовой. — Лена… — медленно тянет Дроздов, смотря на меня с опаской, словно я бомба замедленного действия. — Ты чего несёшь? А я именно бомба, потому что ещё немного и взорвусь. — Сам посмотри. Я не собираюсь ничего объяснять. Впечатываю в голую мужскую грудь со следами полос от моих ногтей телефон. И отскакиваю подальше. Принимаюсь хаотично собирать своё бельё. Я здесь не останусь. Рома недоуменно смотрит на мои действия, двигая челюсть из стороны в сторону, и опускает взгляд на экран мобильного. — Как тебе фотографии? У твоей бывшей, хотя, может быть, и нынешней — откуда мне знать?! — талант… Не думал пойти в модели? — говорю, натягивая трусы. — Это просто сюр какой-то, — тихо произносит Рома. — Хочешь поругаться сейчас, — выделяет интонацией слово, — из-за этого? Не будь идиоткой, Канарейкина. Естественно, я с ней спал. Этим фоткам может быть как два года, так и… Мечусь по номеру в поисках лифчика, не стараясь даже прикрыться. Дроздов не двигается и ничего больше не говорит, а я буквально чувствую кожей исходящее от него недовольство и напряжение. Поимел как идиотку… Навешал лапши… Спит и видит, когда свалю, чтобы… что? — Так и десять дней. Посмотри-посмотри получше! Тебя не было полночи! А я — влюбленная дура! — ждала! Нужно было сваливать уже тогда и отменять эту чёртову сделку, пока… пока всё не зашло слишком далеко…. Останавливаюсь, воинственно сдувая с лица пряди волос. Никакого лифчика у меня нет. Потому что я была в свадебном платье. И другой одежды у меня тоже нет. Просто блеск! Фантастика! — Хочешь найти повод сбежать? — после непродолжительной паузы произносит Рома. — Свалить? Как удобно… Ведь я тебе больше не нужен, — короткий невесёлый смех. — А я ведь поверил в то, что ты серьёзно в меня… мда. Получила, что хотела, и нашла, за что зацепиться? Теперь уже я недоуменно таращусь на него, уперев руки в бока. О чём он? Это он меня обвиняет? Сам трахал свою бывшую, пока я спала у него дома и мечтала, чтобы вернулся ко мне. А теперь я ещё и виновата? Зацепилась… |