Книга Случайный ребенок босса, страница 92 – Мария Манич

— Да. Возьми цветы, Лесь. Они не кусаются. И мы тоже, – чуть дернув уголки губ вверх, говорит Богдан. – Если не нравятся, завтра привезём другие.

Он сдержан и обеспокоен. Постоянно сканирует меня взглядом голубых глаз, ни на секунду не выпуская из поля зрения. Мне приятно. Очень приятно видеть его здесь и сейчас, среди ночи. Приехал. Сорвался и приехал. И очень хочется верить, что дело не только в беспокойстве за нашего общего, ещё нерождённого малыша. Мне хочется верить, что он беспокоился и обо мне тоже…

Позже я обязательно у него спрошу, как он узнал о моём местонахождении.

— Очень нравятся, – говорю поспешно и сгребаю в охапку нежный букет. – Не надо другие. И за пирожные спасибо.

Тонкий аромат нежно щекочет ноздри, и я несколько раз чихаю.

— Я же говорил, – заговорщически шепчет Даня и пожимает плечами. – Будь здорова, Лесь, и не болей!

Полянский в ответ тепло улыбается, треплет его по волосам и возвращается взглядом ко мне. Данька, немного помешкав, отходит от нас в сторону и присаживается на больничную кушетку, достав из-под мышки свой бессменный гаджет.

— Как ты? Почему не позвонила? – интересуется Богдан и засовывает руки в карманы своих строгих брюк.

Быстро окидываю его оценивающим взглядом. Он в расстёгнутом чёрном пальто, под которым виднеются пиджак и белая рубашка. Полянский приехал ко мне сразу из офиса? Крепче прижимаю к груди цветы. Они кажутся мне самыми прекрасными на свете.

— Я бы позвонила утром. Телефон разрядился, а зарядку передать не успели. У девочек в палате тоже нет. Всё нормально, правда. С ребёнком всё хорошо. Я перенервничала, упала, немного ударилась. Из-за этого возник тонус. Болей уже нет. Мне вкололи лекарство и сделали капельницу, – говорю быстро, потому что хочу успокоить мужчину передо мной. Демонстрирую след от иглы на сгибе руки и продолжаю: – Завтра ещё врач посмотрит на обходе, но предварительно лежать ещё несколько дней. Зато сделали УЗИ.

Расплываюсь в дурацкой улыбке, вспоминая, как на мониторе видела своего малыша. Головку, ручки и даже пальчики.

— Почему ты упала? – строго спрашивает Богдан и делает шаг навстречу.

Я инстинктивно отступаю, вжимая голову в плечи. Полянский хмурится, а затем поднимает руку и всё же касается моих волос, убирая несколько прядей от лица.

Приоткрываю губы, делая судорожный вдох. Даня ничего не замечает, продолжая мочить монстров в виртуальном мире.

— Дина попала в беду. Она и её друг. Я не смогла остаться в стороне. Увидела случайно, пока была в ресторане, и… влезла. Знаю, не нужно было. Просто её ударили по лицу, – ёжусь при этих воспоминаниях, утыкаясь носом в цветы. – А парень тот, Артур, он в реанимации. Ему досталось сильнее. Дина сегодня ночует в больнице, в другом крыле. Здесь-то гинекология. Мне пришлось ей рассказать о ребёнке, а папе с мамой соврала. Боюсь, как бы его опять удар не хватил.

— Не хватит. Скоро дедом станет, он нам ещё нужен, – хмыкает Богдан, но быстро вновь становится серьёзным. – На твою сестру напали? Их задержали?

Я качаю головой. Дина не стала подавать заявление в полицию и умоляла нас тоже этого не делать. Родители бедного парня были с ней категорически не согласны, хотя она плакала и рыдала, говорила что они сделают только хуже.

Странно, столько людей видели, как избивали Артура, но дать показания, кроме меня и Инны, никто не согласился. Никому они особо и не нужны были, эти показания. Полицейские, мне показалось, лишь соблюдали некоторые формальности, опрашивая нас в приёмном покое сразу после поступления в больницу.