Книга Сопротивляйся, страница 121 – Мария Летова

— С людьми работает соцкомитет. Им предложены программы по расселению.

— Слышали мы про эти программы…

— Проследить за каждым я не могу. Для этого есть компетентные люди. Каждый делает свою работу.

— А на людей всем плевать, – итожит она.

— Иногда приходится выбирать из двух зол.

— А после нас хоть потоп.

— На моей памяти по твоей инициативе из гимназии как-то отчислили троих ребят, – голос Оли рассекает наш “спор”. – За несколько месяцев до получения аттестатов.

— Отчислили, – гордо кивает ее мать. – За употребление алкоголя и курение в общежитии. Извините, у нас не притон. У нас первый лицей в городе, такое недопустимо.

— И что с ними стало?

— Откуда мне знать? – удивляется она.

— То есть, – Оля тычет в нее подбородком. – Ты не интересовалась.

— Нет, конечно, – фыркает.

Подношу к губам кулак, чтобы спрятать улыбку.

— То есть, сделала то же самое, что и Руслан, – наседает на нее дочь. – Свою работу. Так?

— Да, сделала.

— А после тебя, хоть потоп? – заканчивает Оля свою мысль. – Ты о людях подумала?

— Что? – приоткрывает она рот. – Это разные вещи.

— А по-моему, это одно и то же.

— Брейк… – вмешивается Саня.

Оля замолкает, как и ее оппонентка. Я вижу легкую россыпь красных пятен на ее шее сразу над круглым вырезом строгого праздничного пиджака. Вижу, как ее дочь накалывает на вилку салатный лист и сосредоточенно его жует.

— За мир во всем мире… – Маша рассеивает общую неловкость своим тостом, к которому быстро присоединяются.

До конца вечера я не имею удовольствия слышать голос тещи, зато слышу смех именинницы. Я не считал ее бокалы, но навскидку она вылакала не меньше бутылки вина, и я подыхаю от желания собрать это вино с ее губ, когда такси везет меня по вечернему городу часом позже.

Наши дни. Руслан

Лифт скрипит, поднимая меня на шестой. Выйдя, на ходу расстегиваю пальто и сворачиваю в коридор лестничной клетки.

У меня есть ключи, но дверь не заперта.

Шагаю в квартиру навстречу распахнутым для меня объятиям.

Твою мать.

Я действительно ждал этого весь вечер. Этого контакта, от которого в башке пустеет.

Пригнувшись, сгребаю ладонями охуенные округлые ягодицы, впечатывая стройные бедра в свои.

— М-м-м… – громко тянет мне в губы.

В волосы зарываются прохладные пальцы. Ломлюсь языком в теплый рот, где меня встречают также гостеприимно.

Зараза…

Трогаю Олю всюду.

Задницу, спину, плечи.

Скольжу ладонями по шелку платья, сжимая достаточно похабно, чтобы дать ей понять – мои намерения очень скотские.

Выгибается и тянет за собой мою голову, заставляя сжимать свою талию и бедро.

Блять. Я скучал. Просто подыхаю от удовольствия.

— Спасибо… – шепчет она. – Очень красивый набор…

Со стоном отрываюсь от ее губ. Они улыбаются, когда заглядываю в ее лицо. Я тоже улыбаюсь, пока большим пальцем Оля гладит мне щеку.

— Не красивее тебя, – изрекаю банальность, вызывая у Оли смех.

Смотрю в ее глаза, ментально сбрасывая с плеч любое напряжение и оставляя за дверью посторонние мысли.

Ее глаза немного блестят. Она слегка пьяна, и меня это забавляет.

Когда склоняю голову, тянется навстречу.

Касаюсь ее губ своими.

Целую медленно. Никуда не торопясь.

Снова сжимаю ее в руках, на этот раз осмысленно. Впитывая в себя каждое ощущение.

— Разденься… – тихо велит Оля, пробираясь ладонью под мое пальто.