Книга Притяжение, страница 68 – Мария Летова

Кирилл

Я углубляюсь в сеть городских дорожных развязок, взвешенно и неторопливо двигаясь в общем потоке машин, где соблюдаю дистанцию и скоростной режим, словно спешка за рулем — это для недоразвитых идиотов, и это особенно иронично, учитывая зуд и свербеж, с которыми я передвигался по городу буквально вчера.

Маша роется в сумке, извлекая оттуда звонящий телефон, на котором быстро убирает звук, решая не отвечать. Сворачивая на светофоре, замечаю, как мазнув по экрану пальцем, она телефон отключает и возвращает его в сумку, после чего роняет ту на коврик у своих ног и закрывает глаза, сжимая лежащие на коленях ладони в кулаки.

Решаю, что ее выбор — отличная идея, на десять из десяти баллов созвучная мне самому, поэтому, достав из внутреннего кармана пальто свой телефон, тоже его отключаю и кладу на место, продолжая планомерно прокладывать дорогу к Машиному дому, и эта дорога проходит в обоюдной тишине, что меня полностью устраивает.

Я никогда не заставлял женщину догадываться о том, чего хочу. Молчать и заставлять кого-то догадываться — не мой набор инструментов, я всегда считал его идиотизмом, и не только с женщинами. Но, войдя в знакомую квартиру, я не делаю ничего: не касаюсь Маши так, как того бы хотел, не говорю ей, чего хочу. Закрыв за собой дверь, я жду того, о чем не хочу просить: что сегодня она сама найдет ко мне чертов ключ, потому что сегодня я не хочу решать за нас двоих, как все будет в данную минуту.

Мне нужно, чтобы это сделала она.

Это не игра, не наказание, твою мать. Я просто хочу еще раз убедиться в том, что нужен ей сейчас не меньше, чем она нужна мне. Плевать, когда это стало важным, возможно, час назад. Если это тупой каприз, мне тоже плевать. Плевать даже, если этот каприз — результат моего дерьмового настроения, по крайней мере, я еще в машине дал понять, какое оно у меня.

Убрав в шкаф свое пальто, Маша сбрасывает с ног сапоги, перемещаясь по прихожей, как нечто невесомое, но из ее рук падают то ключи, то шарф, который кладет мимо комода.

Играю желваками, наблюдая почти бесшумную суету, будто снова вернулся в тот день, когда попал в эту квартиру впервые, но сейчас все абсолютно другое. Сейчас, подойдя ко мне, Маша не медлит, прежде чем дотронуться — положить мне на грудь ладони и поднять глаза.

Они чистейшего голубого цвета, прекрасные, блять. И в них пожирающая меня буря эмоций — упрямство, желание и страх, помощи с которым она не просит, она ведь не умеет ее просить, но я нужен ей достаточно сильно, чтобы мы оказались здесь.

Пробравшиеся под пальто ладони стаскивают его вниз с моих плеч, и я позволяю беспрепятственно избавить себя от верхней одежды.

Оставив пальто на банкетке, Маша снова возникает передо мной. На ее щеках румянец. Чтобы не коснуться его, сжимаю опущенные вдоль тела руки в кулаки. Свои руки Маша снова кладет мне на грудь и ведет ими вниз, к животу.

В какой-то период жизни даже порно стало для меня скучным, я не смотрю его лет с двадцати двух, оно мне не нужно, но вот это непорочное соблазнение отдается реакциями во всех моих нервных окончаниях, и начинается эта цепная реакция в моей голове.

Маша чувствует каждое звено этой цепи. Дышит чаще, кусает губы. Я не тороплю. Не делаю ни черта. Я хочу, чтобы она сделала это сама. Соблазнила меня.