Книга Притяжение, страница 67 – Мария Летова

— Мастер-класс от Кирилла Мельника? — спрашивает тихо.

— Да. Будет бесплатно и полезно, — продолжаю на нее смотреть. — Пошли?

— Да… — развернувшись на стуле, Маша забирает с соседнего свое пальто.

Дождавшись, пока упакует в сумку блокнот, беру ее руку в свою и встаю.

Она следует за мной, опустив вниз голову и не произнося ни единого звука. Ее ладонь холодная. Я действую без сознательного контроля, когда на ходу подношу наши соединенные руки к губам и дую на них. Пропускаю Машу вперед на выходе из зала, в онлайн режиме определяя план действий: у лифта вижу Лугового, с которым даже в общей толчее пересекаюсь глазами, поэтому веду нас с Машей к парадным дверям, собираясь покинуть отель. Заслоняю Машу собой, помогая надеть пальто, и делаю это не оборачиваясь.

Луговой и его посвященность в мои дела — в данную минуту безразличны. Его фантазии по-прежнему не хватит, чтобы понять, чем конкретно я сейчас занимаюсь. И хоть ему никогда не доводилось видеть меня в неформальной женской компании раньше, то, что он видит сейчас — просто жалкие хлебный крошки. Ничто. Поэтому вывожу Машу на улицу, придержав дверь и положив руку ей на талию, все так же не оборачиваясь.

— Где твоя машина? — спрашиваю, быстро уводя ее с крыльца.

— Я не за рулем… — смотрит она в сторону.

Пошарив по карманам, нахожу ключ от своего “Чероки”, смиряясь с тем, что мне все же придется сесть сегодня за руль. Помогаю Маше забраться в машину. Когда забираюсь сам, заняв водительское место, она следит за мной неотрывно, и вместо слов и попыток найти какую-то формулировку тому, что мы сейчас делаем, просто подаюсь вперед и Машу целую.

Ее губы нежные до истерики моих тактильных ощущений. Податливые, тянутся навстречу моим, а я ни черта не нежный. Я сминаю их так, как никогда не делал раньше — грубовато и жестко. Если это станет проблемой, лучше мне просто отвезти ее домой и больше никогда не возвращаться, ведь я не святой, я бываю дерьмом, она даже не представляет, насколько часто. Я не пытаюсь выместить на ней что-либо, это просто я, блять. Сегодня это я. И раз уж мы снова вместе, ей придется решить, хочет она меня таким, или нет.

Всхлипнув, Маша обнимает руками мою голову, и тоже становится настойчивой: кусает мои губы, провоцирует их даже тогда, когда перестаю давить на газ, предлагая ей проявить инициативу. Сжав зубы, глубоко дышу, пока осыпает поцелуями мой подбородок, углы рта, трется носом о щеку.

— Еще секунда, — говорю ровно. — И я решу, что ты пришла сюда сегодня ради меня.

Ткнувшись лбом в мое плечо, она рвано выдыхает. Я прижимаюсь носом к волосам у нее над ухом, вдыхая знакомые ароматы.

— Почему бы и нет… — отвечает сдавленно. — Я же ненормальная.

Втянув носом воздух, отстраняю ее от себя, не пытаясь искать слова, чтобы подсластить пилюлю. Мы можем говорить о чем угодно, только не о том, на что у меня нет ответов, а у нее — нет правильных вопросов, ведь она сама не до конца знает, чего хочет, иначе не искала бы со мной встречи таким витиеватым и спорным способом, который больше похож на тычок пальцем в небо.

Откинувшись на спинку сиденья, расслабляется и произносит, глядя на свои колени:

— Останься сегодня у меня…

Прикрыв глаза, впитываю отзвуки высказанного предложения, понимая, что хочу этого на клеточном уровне. Что бы Маша в это предложение ни вкладывала, у нас не будет проблем с совместным времяпрепровождением, даже если она позволит мне просто отоспаться в своей постели.