Книга Притяжение, страница 29 – Мария Летова

— Может, сыграем в случайный выбор? — говорит с легкой улыбкой в голосе.

Повернув к нему голову, оцениваю это предложение.

Он смотрит на меня все так же неподвижно.

— Ради бога, — говорю ему. — Но я не буду виновата, если ты останешься голодным.

— Я беру вину на себя.

— Отлично, — берусь за дверную ручку.

— Ты не хочешь взять мой номер? — слышу рациональный вопрос. — Или дать мне свой?

Я очень надеюсь, когда оборачиваюсь, что моя улыбка именно такая, как я думаю — непринужденная.

Мне не нужен номер его телефона. Как и знать его фамилию.

— Нет, — отвечаю на его вопрос. — Номер моей квартиры…

— Тридцать шесть.

Втянув носом воздух, киваю.

Отвернувшись, выбираюсь из машины, которая не трогается с места до тех пор, пока не закрываю за собой подъездную дверь.

Маша

Память моего телефона под завязку набита примерами интерьеров и схемами перепланировок моей квартиры, которыми снабжает меня дизайнер, но листая картинки, я ни на чем не могу сконцентрироваться. Ни на них, ни на жужжащем вокруг меня ресторане. Вечером в субботу здесь сумасшедший дом, но, как ни странно, как раз среди людей я чувствую себя частью чего-то целого. Это приносит странное удовлетворение, будто еще одну дырку внутри меня заткнули.

Психотерапевт объяснял тягу к обществу моей экстравертной натурой, а диссонанс внутри меня тем, что моя экстравертная натура вступила в конфликт с желанием от общества прятаться и защищаться.

Внутренний чертов конфликт.

Может быть, жужжащий вокруг меня людской улей поможет достать голову из задницы и подумать о чем-нибудь абстрактном, вместо того, чтобы вглядываться в толпу и искать в ней знакомый темноволосый силуэт, ведь он вечно появляется из ниоткуда, как черт из золотой табакерки.

Я надеюсь, что этого не произойдет. Нашего вчерашнего общения хватило мне выше крыши. Я не представляю, сколько времени смогу выдержать в обществе этого инопланетянина, ведь его харизма и ненавязчиво-требовательное внимание в мой адрес — изматывает.

Я рассчитываю держать мысли о нем в ежовых рукавицах, а его самого на той дистанции, которая позволит закончить наш временный ненормальный роман, как только это потребуется.

Бархатные нотки мужского голоса пробиваются в сознание, перебивая все звуки вокруг, но рассеиваются, как только слышу рядом тонкий детский голос, торжественно объявивший:

— Здравствуйте!

Вскинув глаза, откладываю в сторону телефон и смотрю на пятилетнего сына моей подруги. На Мишане строгий костюм с галстуком и жилеткой, в руках огромная корзина с цветами, которую он держит очень мужественно, несмотря на то, что она будто одного с ним размера.

— Приве-е-е-ет, — улыбаюсь, вставая из-за стола. — Это мне?!

— Вам… — мальчик смущенно краснеет и прячет глаза.

— Мы же договорились, Мишань, — наклонившись, приобнимаю худые плечи и целую щеку. — Ты обращаешься ко мне на “ты”.

— Ладно… — исследует глазами потолок и кусает губы.

Забираю у него корзину и ставлю на пол рядом со своим стулом, проведя ладонью по мягким детским волосам. Прикосновение, как обычно, отзывается в сердце бренчанием одной из тех самых струн, которые беспокоят время от времени. Нежность.

— Извини, — выдыхает Оля, его мать. — Такси ехало сто лет! Давно ждешь?

— Пффф… — обнимаю и ее тоже. — Вы даже не опоздали. Это я раньше приехала.