Книга Будь моей, страница 97 – Мария Летова, Мария Манич

На второй линии звонок от Арины.

— Повиси, – прошу ее брата, переключаясь. – Да? – отвечаю Моцарту.

— Влад… – ее голос близок к истерике. – Ее нигде нет!

Влад

Пульсирующая где-то в моей черепной коробке точка вызывает адскую боль, которую я игнорирую, глядя на экран компьютера перед собой.

Под футболкой пот, холодный и липкий.

— Я сам… – Отталкиваю в сторону охранника, размытый образ которого я сейчас не способен запомнить. – Выйди отсюда.

Дрожь в руках мешает сконцентрироваться, в башку постоянно влезают болезненные воспоминания, которые жестко блокирую.

Подняв руку, ударяю по столу кулаком. Так, чтобы изгнать из своего тела эти блядские реакции, которые застилают зрение, делая меня ебаным овощем!

Руку до самого плеча простреливает болью. Все, что стояло на столе валится на пол, за исключением того самого монитора и клавиатуры компьютера. Пальцы немеют, возможно я что-то себе сломал.

— Влад… – всхлипывает рядом Арина. – Пожалуйста… не делай так…

Я попросил ее к себе не подходить. Она прилипла к стене за моей спиной, закрывая лицо ладонями. За дверью администрация детского сада, которая каким-то образом умудрилась потерять мою дочь при наличии турникета, охраны и двухметрового забора вокруг здания.

Здания, в котором моей дочери нет.

Боль из башки перемещается в пульсирующие мышцы и кости ладони.

Картинка на мониторе показывает парадный вход, я смещаю видео на двенадцать часов дня, точно не зная, какой временной промежуток мне нужен, потому что разбег упирается в момент, после которого мою дочь никто не видел.

— Во что она одета? – Я задаю этот вопрос во второй раз, первого ответа не запомнил.

— Пальто из шкафчика пропало… – отвечает Арина, ее голос надламывается, и она всхлипывает. – Оно красное… и белая шапочка.

Время на часах неумолимо несется, пока я кадр за кадром листаю видео в ускоренной перемотке, в надежде зацепиться за красное пятно. Мне приходится трижды поставить на повтор, чтобы все-таки вычленить красное пальто среди группы детей, я нахожу его, когда время на таймере близится к часу дня.

Сердце проламывает ребра, по виску бежит пот.

Нажав на паузу, смотрю на собственные часы.

Опять обдает паникой.

Почти два часа прошло.

Возобновив воспроизведение, слежу за тем, как пятно, которым является Софи, не сбавляя скорости, передвигается по экрану, присоединяясь к той самой группе, вместе с которой выходит из здания.

— Позови охранника, – хрипло велю Арине.

Через секунду я уступаю ему свое место и прошу найти уличную камеру, указав на временной промежуток, который записал на клочке бумажного стикера.

— Что она делает?! – воет Арина, когда видим, как, потоптавшись во дворе, София абсолютно одна выходит за калитку и скрывается где-то за поворотом здания.

Все, что находится за тем углом, вне зоны досягаемости этих камер.

Звон в ушах на секунду выдергивает меня из реальности.

Глядя в одну точку, пытаюсь составить в голове план действий. Меня не интересует ничего. Ни мечущиеся в панике сотрудники этого заведения, которых оставляю за спиной, выйдя из комнаты охраны, ни менты, которые топчутся тут же, опрашивая присутствующих. Ничего, кроме маленькой девочки, которая вышла за ворота почти два часа назад.

— Объясни им все, – говорю Арине, которая идет за мной по пятам. – Пусть начинают поиски.