Книга Будь моей, страница 87 – Мария Летова, Мария Манич

Я тоже нахожусь в нетерпении, поэтому ее капризы мне не помогают.

Мама вплывает на кухню, сияя чуть раскрасневшимися щеками.

— Я это возьму… – Забирает стопку обеденных тарелок. – Нарежь овощи. Что-то я сегодня ничего не успеваю…

— А ты поменьше суетись, – советую, ополаскивая под краном огурцы.

— Нервы уже не те, – говорит она. – Не каждый день в семье происходит пополнение.

— Мам, это всего лишь Влад. Ты его видела уже тысячу раз, и он ел твою индейку примерно столько же.

— Всего лишь… – отмахивается от меня, застывая в дверях. – Зачем вообще было сочинять все эти небылицы про… – она подбирает слова, чтобы сохранить приличия. – Про Турцию.

— Потому что это мое решение. – Отворачиваюсь к окну.

— При всем уважении… я его не одобряю, – сообщает она.

— Сейчас я его тоже не одобряю, но тогда не могла поступить иначе, – говорю твердо.

— Дети… – бормочет мама, выходя из кухни.

Я слишком давно не обращалась к прошлому, чтобы сейчас копаться в деталях своего выбора. Буквально в один миг все дерьмовое из того, что случилось со мной тогда, пять лет назад, покрылось рябью.

Время и правда лечит. Время и правильный выбор.

Дождь барабанит по окну, выходящему во двор.

Протянув руку, рисую на запотевшем стекле скрипичный ключ.

У нас была мысль устроить ужин на улице, но от этой идеи пришлось отказаться. Бабье лето в этом году пока так и не началось.

Погода не может испортить мне настроение. Ничто не может.

Софийка вскидывает голову, когда в открытые ворота заезжает машина. Я тоже оборачиваюсь, бросая в мойку огурец.

— Это папа приехал? – лепечет дочь в нетерпении.

Сердце все еще замирает в груди каждый раз, когда она использует это слово. Мне тоже нужно к нему привыкнуть. И к тому, что теперь ее папа медленно становится важнейшим элементом нашей жизни.

Он понимает это, и это как будто именно то, к чему он стремился. Ему нравится эта роль. Он ею наслаждается.

Споласкивая руки, я слышу, как хлопают двери машины. На крыльце раздаются шаги и голоса. Выглядываю в прихожую – на пороге появляется Влад, стряхивая ладонью с волос капли дождя.

Его отец делает то же самое, входя в дом следом.

Они одного роста, и они похожи, но только внешне. Больше ничего одинакового в них нет. Влад Градский вообще чертовски уникален.

— Папа! – взвизгивает Софи, несясь к ним.

Улыбка на лице Градского заразная.

Бросив на меня взгляд, он наклоняется и подхватывает дочь на руки, говоря:

— Привет, зайчонок. Кашляла сегодня?

Софи обвивает его шею руками, доверчиво заглядывая в глаза.

— Почти нет! Привет, дедуля, – говорит, опустив головку Владу на плечо.

Он целует ее макушку, на секунду прикрывая глаза.

Внутри меня взрывается какой-то пузырь, заряженный дофамином. Регулярное нахождение Градского рядом в принципе смешивает и взбалтывает мои гормоны, поэтому я не удивляюсь тому, что веду себя как сумасшедшая. И как озабоченная.

— Здравствуй, София! – Лев протягивает руку и щекочет пальцем ее пухлую щечку, на что Софийка отвечает хихиканьем. – Ты, кажется, еще подросла.

— На метр, – показывает она ровно сантиметр между пальчиками.

Мы все смеемся.

— Проходите. – Отделяюсь от кухонного шкафа, к которому привалилась бедром. – Я возьму ваше пальто.

Отец Влада кивает, улыбаясь немного рассеянно, будто мыслями на секунду уплыл в другое измерение.