Книга Будь моей, страница 79 – Мария Летова, Мария Манич

Кошусь на окно, возле которого в обернутом вокруг бедер полотенце Градский разговаривает по мобильному.

На его голой спине блестят капли воды. И на ней следы от моих ногтей.

Бросив через плечо взгляд на бесшумного служащего отеля, Влад переводит его на меня и снова отворачивается, говоря в трубку:

— Это не совсем моя специализация, но если ты хочешь, чтобы я присутствовал на этой сделке, придется подождать, пока я прилечу. Это через два дня, не раньше. Я в Москве.

Подойдя к тележке, в центре которой накрытый колпаком поднос и бутылка шампанского в ведре, заглядываю под колпак, и беру ягоду клубники с тарелки. Обмакиваю ее в сливки, не отрывая глаз от подкачанной задницы, обернутой полотенцем, с двумя ямочками над ним.

Секс в душе пять минут назад должен был высосать из меня остаток сил, но я только еще сильнее хочу. Влада. Он тоже дико голодный. Дико! И я говорю не о еде. Я почти боюсь, что он выполнит свою чертову угрозу, которая мелькает в его глазах даже сейчас, когда снова бросает на меня взгляд.

Из трубки доносится приглушенный мужской голос, но слов разобрать не получается.

Подойдя к Градскому, останавливаюсь за его спиной, чувствуя, какая пробирающая до костей энергия сочится из его тела. Он сегодня отлично выспался, я в этом не сомневаюсь.

Молча разглядываю, как перекатываются в полумраке номера его натренированные рельефные мышцы. Когда провожу пальцами вдоль глубокой впадины его позвоночника, эти мышцы вздрагивают, а кожа покрывается мурашками.

Эта легкая рябь находит отличный отклик у меня в животе.

Подавшись вперед, обнимаю руками плоский мускулистый живот и кусаю мужскую лопатку, прижавшись к Владу всем телом.

Зажмуриваю глаза, радуясь, что он не может видеть моих сумасшедших эмоций, хотя ему и не нужно их видеть. Он их чувствует и без этого.

— Рома… – бормочет в трубку. – Мне нужно идти. Позвоню через пару часов.

Пара часов…

Фыркаю, кусая другую лопатку сильнее, оставляя на ней след от зубов.

Влад кладет трубку и разворачивается в моих руках, бросив телефон на подоконник.

Опустив на меня глаза, чуть склоняет голову, предлагая себя поцеловать. Когда я это делаю, его руки сжимаются за моей спиной, а язык снова бескомпромиссно проталкивается в мой рот.

Губы горят, когда опускаюсь на пятки, пошатнувшись.

— Шампанское? – кивает Влад на тележку.

— И клубника… со сливками…

— Не скажу, что это оригинально, – усмехается.

— Тогда ничего не говори.

Сделав долгий выдох, заламывает бровь:

— Хочешь поразвлечься?

— Хочу быть сверху. – Толкаю его к кровати, заставляя пятиться назад.

Когда он на нее садится, давлю на его плечи, заставляя упасть на спину посреди огромного высокого матраса.

Закинув за голову руки, Градский наблюдает за мной из-под тяжелых век, и его лицо становится убийственно чувственным, будто он за секунду переключил режим.

Стряхнув с плеч халат, остаюсь голой и забираю с тележки пиалку со сливками.

— Я должен признаться… – говорит, провожая мои действия глазами.

— Ты кого-то убил? – Забираюсь на него верхом, оседлав бедра.

Его возбужденный пах упирается мне между ног через полотенце, и я трусь о него, ерзая.

— Пф-ф-ф… – Его руки опускаются на мои бедра. – С меня никогда не ели.

— Не может быть, – замечаю сухо.

Его губы кривит ухмылка.