Книга Будь моей, страница 59 – Мария Летова, Мария Манич

Когда начинаем собираться, я с удивлением обнаруживаю, что на моем телефоне висит непрочитанное сообщение.

«Буду ждать вас внизу», – прислал Градский в шесть утра.

— Я потеряла носок… – сокрушенно говорит Софи, заглядывая под кровать.

Отбросив телефон на тумбочку, копаюсь в сумке с нашими вещами.

— У меня есть другие, – успокаиваю дочь.

Мы покидаем номер, изо всех сил постаравшись ничего в нем не забыть, и спускаемся вниз на лифте вместе с еще пятью гостями, которых я, кажется, видела вчера на празднике. По крайней мере, они точно видели Софию, потому что здороваются с ней и со мной заодно.

Влад сидит на диване в холле, уткнувшись глазами в свой ноутбук, который стоит на его коленях.

Его лоб прорезали вертикальные морщины. Лицо выглядит раздраженным, и он не скрывает этого, когда поднимает на меня глаза.

— Привет! – кричит Софи и, отпустив мою руку, бежит к Градскому.

В нерешительности останавливается рядом, переминаясь с ноги на ногу.

Влад улыбается ей, меняясь в лице, и протягивает ладонь. Софи вкладывает в нее свою и пытается заглянуть в его компьютер.

— Мы собираемся позавтракать, – сообщаю, предпочитая смотреть сквозь сидящего передо мной мужчину.

— Я не голоден, – отвечает резковато.

— А я хочу блинчики с вареньем. Пойдешь со мной? – вставляет Софи.

— Да, – говорит, поднимаясь на ноги.

Мы завтракаем в полном молчании по отношению друг к другу за столом, который выбрала Софи, и она болтает за нас двоих, спасая меня от необходимости разговаривать с ее отцом.

Влад пьет черный кофе, просматривая что-то в телефоне, а затем откладывает его и помогает дочери справиться с блинами, забрав у нее вилку.

Мое сердце в очередной раз замирает от того, какая отличная у них команда, но не смягчает бурлящей внутри злости на Градского.

Всю дорогу до дома мы так же молчим, и эти полтора часа пути кажутся мне резиновыми, ведь я чувствую Градского рядом каждой клеткой тела. Это не изменилось за ночь. Ни черта не изменилось, кроме того, что теперь мне под кожу будто запустили разрушительный яд, и того, что нашему перемирию, кажется, конец.

В моей голове кромешный бардак. В моей устойчивой жизни тоже.

Этот яд, запущенный мне под кожу, сжирает мою рассудительность. Убивает ее к чертям собачьим!

Чтобы нащупать хоть какую-то стабильность, я звоню Рязанцеву, с которым уже два дня не могу нормально поговорить. То из-за проблем со связью, то из-за его занятости. У нас разница во времени пять часов, я надеюсь, что сейчас он в отеле и сможет мне ответить.

Меня гложет вина. За присутствие Градского на моей территории, за то, что я позволила ему себя поцеловать. Снова. За то, что отвечала на этот поцелуй и чуть не сгорела в нем. За то, что при этом всем на моем пальце продолжает блестеть бриллиант, который надел Рязанцев.

Кручу кольцо большим пальцем, слушая длинные гудки вызова.

— Алло.

Женский голос в трубке заставляет меня усомниться в том, что я правильно выбрала контакт.

Может, это одна из моих клиенток?

Посмотрев на экран телефона, вижу имя и номер Егора, и мои щеки опаляет жаром.

— «Я вернусь, и мы поговорим. Ты знаешь, я не могу сейчас вернуться в Москву», – читает Крис с экрана моего телефона. – Говнюк! – комментирует, переходя к следующему сообщению. – Можно подумать, его здесь кто-то ждет!