Книга Временные трудности 1, страница 59 – Максим Томилко

Юля подошла к вопросу акклиматизации старшины гораздо практичнее. Предложила товарищам, в рамках знакомства, предъявить служебные удостоверения. Все так и сделали. Старшина, поняв, что он самый старший по возрасту оказался вдруг самым младшим по званию, притих, но, похоже, в подлинности документов сомневаться перестал.

На следующий день Юлия, как водится, построила свой небольшой отряд на маленькой полянке, служившей им импровизированным плацом.

— Товарищи командиры, — прозвучало это несколько иронично, но по сути всё было верно. Все в группе носили звания комсостава, — За неимением четких распоряжений командования, предлагаю каждому обдумать план дальнейших разведывательно-диверсионных мероприятий. Доложить в течении часа. Лейтенант государственной безопасности Иванов, прошу за мной. Разойтись.

Егор ухмыльнулся про себя. Такое внимание льстило. Даже скорее: не так… Он просто рад был, что Юля не зазвездилась и не отдалилась, как некоторые друзья по ВУЗу или по отряду в свое время. Сам он никогда не гнался за чинами и орденами. Даже попробовал наедине поговорить о своём ордене с Юлей, прекрасно понимая всю ничтожность своей информации для страны, но та резко оборвала в привычной ей манере: «Че ты, краснопёрый, кипешь садишь? Дали, ну и завали хобот — воняет, по ходу, на весь лес».

Он не был уверен в дословности формулировки, но смысл уловил. И завалил свой хобот по ходу…

А через пару дней вдруг приключился и вовсе неприятный случай.

Обстрелянная, как обычно из засады, колонна немцев вдруг неожиданно оказала серьёзное сопротивление. Они, конечно, сразу же отошли, но Вацлаву прилетело. Егор успел заметить, как тот споткнулся и упал. Затем, правда, поднялся на ноги, но стоял, опираясь на дерево и пошатывался, держась за ногу. Егор рванул в его сторону, и быстро сократив дистанцию, провел что-то типа «бычка», сумев подхватить его и взвалить на плечи, но Вацлав хрипел как-то уж вовсе грустно и судя по всему собирался умереть.

До первого привала донес, конечно. Хотя и с большим трудом. Это всё же было не его, годами тренированное, тело.

Георг, выгнал их всех из землянки, превращенной в госпиталь, и извлек из ноги пулю. И все бы ничего, но этот парнишка, едва оклемавшись, приковылял к ним, сидящим вечером у костра и, достав перстень с большим красным камнем, вдруг сделал Юле предложение.

Это произошло так неожиданно, что все на мгновение замерли. Растерявшись, Юля попыталась апеллировать к Егору, прося того разъяснить всю несвоевременность такого поступка, но не найдя понимания, приказала Вацлаву командным тоном:

— Ползи за мной, болезный, пошептаться нужно….

Вернулись они где-то через полчаса. Вацлав выглядел слегка пришибленным и сразу же поковылял в свою палатку. Юля выглядела не лучше. Нашла где-то припрятанную бутылку и, не предлагая никому, принялась задумчиво хлебать из неё, глядя на огонь.

— Рассказала? — Егор всё же старался соблюдать конспирацию.

Она в ответ отрицательно покачала головой.

— Может и надо было… А ты бы на моем месте?

Егор пожал плечами.

— Может и нужно было, а тут и повод подходящий. Может и Георгу стоит?

— Рано. Может, потом как-нибудь…

Старшина молча смотрел на них поверх костра. И взгляд его был очень задумчивым.

На утреннем построении, ставшем уже традиционным, Вацлав вдруг вышел и сказал как-то обреченно: