Книга Сто причин моей (не) любви, страница 99 – Елена Романова

Олсен оделся и спустился в гостиную, где Мэтт с Торном и другими ребятами играли в карты. Потрясающе. Он там умирает, значит…

— Какого, мать вашу, хрена? — засунув руки в карманы, он подошел к столу под изумленные вздохи своих ребят. — Мэтти-дружочек, почему я, скажи-ка, почти истек кровью?

Несмотря на его тон, Мэтт улыбался. А затем улыбки возникли на лицах остальных ребят, и Нейл тоже рассмеялся. Боги, на этих придурков нельзя сердиться.

— Сколько времени я был без сознания? — спросил он, наконец.

— Три дня, босс.

— Есть хочу.

— Сейчас будет. Грейм! Куда подевался этот старик?

А потом Нейл, жадно поглощая еду, слушал о том, что произошло за эти три дня. Но ничего не волновало его так сильно, как маленькая женщина, лежащая в его постели. Она придумала изображать его самого, чтобы сбить Лесли с толку. Она отдала ему свою кровь, хотя это было запрещено законом Элхорна. Жрать людей, вообще, не приветствовалось. Митчелл, эта правильная эгоистка и святоша нарушала ради него один запрет за другим. Она рисковала жизнью.

Он ей обязан.

Да — отпустить обязан.

— Тень, — позвал он, прочертив руну призыва.

В комнате возник наемник.

— Рад, что ты в норме, Нейл, — сказал тот, едва появившись перед ним, и в его голосе почувствовалась улыбка.

— Ты выполнил мой приказ? — спросил Олсен.

Наемник извлек из кармана две запечатанные склянки с прозрачной жидкостью.

— Это было трудно, Нейл. Я провозился почти два дня. Знаешь, сколько это будет стоить?

— Рассчитаюсь, — Олсен протянул ладонь, и Тень, разумеется, положил в нее артефакты.

Он почувствовал, как они жгут ладонь. Поморщился — это, действительно, именно то, что нужно Митчелл?

Или…

«Ты мне так нужен! Очнись, пожалуйста…»

Вот и проверим.

* * *

Пошарив по простыне рукой, я резко дернулась и уселась в кровати, убирая от лица волосы. Рядом — никого. За окном уже смеркалось. Портьеры задернуты.

Уснула?

Так надолго?

Испуганно уставилась на измятую постель, и кровь похолодела в жилах — где Нейл? Вскочила впопыхах с тихим и придушенным: «Господи!» И тотчас сердце зашлось болью — умру без него! И нет больше ничего важного, только он.

— Привет, Митчелл.

Вспыхиваю от стыда, слыша этот сладкий, самодовольный и надменный голос.

А я всклокоченная и полураздетая, стою на коленях на кровати, а белокурые пряди волос закрывают обзор, и я рассеянно их сдуваю, задыхаясь от сиюминутных эмоций: радости и злости.

Нейл Олсен, красный дракон-полукровка, сидит в кресле, в своей неизменной вычурной одежде — модный камзол и шелковый шейный платок с аметистовой булавкой. Взгляд самоуверенный и хищный. На губах застыла его фирменная злодейская усмешка. Руки покоятся на подлокотниках, гибкие бледные пальцы неподвижны.

Побрился.

Почему это так бросается в глаза?

Эти губы… они вновь мягкие и порочно изогнутые.

Просто смотрю. И поверить не могу.

Будто не было этих ужасных дней, когда я не хотела выпускать его руку из ладоней, опасаясь, что потеряю его. Когда он стонал от боли, и когда его терзал чудовищный жар. Когда я плакала навзрыд, не желая даже на секунду его оставить.

— Ты проспала ужин, — Нейл кивает на прикроватную тумбу, на которой стоит поднос, накрытый крышкой.

Я с тихим стоном натягиваю на себя одеяло, заправляю за уши пряди волос.