Книга До любви две мили и один шаг, страница 16 – Елена Романова

— Шерри, ты не могла прятать все это, — я с трудом сглотнула, разворачивая ее к себе и поднимая подбородок. — Ты невероятная красавица, — на меня смотрели серо-голубые глаза с длинными пушистыми ресницами.

Разве может такая женщина оставаться так долго одинокой?

— Ты должна забыть о пучках и чепцах, Шарлотта. Это годится только для служанок.

Приказав ей дождаться горничную, которую я привезла с собой из Лондона, и у которой были волшебные руки, ибо она могла сотворить упругие локоны даже из трех волосинок, я сама пошла переодеваться.

Для себя я избрала светло-бежевое платье. Волосы я хотела завить в воздушные кудри и небрежно заколоть на затылки. Достаточно задорно и свободолюбиво, чтобы придать образу веселую непринужденность. Глядя в зеркало, я подумала о том, что мистеру Остину это явно не понравиться и злорадно усмехнулась.

Шил-парк мы с Шерри покинули при полной помпе. Во-первых, мы отправились к Веберам в экипаже, как великосветские дамы и честно тряслись по ухабистым дорогам битых полчаса. Во-вторых, мы обе выглядели, как дебютантки на первом балу. И, в-третьих, нас обеих снедали внутренние демоны.

— О, моя любезная, Шарлотта! — миссис Вебер распахнула объятия моей подруге, когда мы, наконец, добрались до их поместья. Ее лицо вытянулось, когда она разглядела, в чем мы были одеты. — Патрик уже вернулся и спрашивал о вас, моя дорогая. Вы обязаны ему танец на балу, — подавив смущение, она все-таки обняла Шерри. — Вы так давно у нас не бывали.

— Миссис Вебер, — вставила Шарлотта и обратила внимание своей собеседницы на мою скромную персону. — Это леди Анна Вирджиния графиня Блайт, дальняя родственница миссис Бейли…

Вебер немного стушевалась. Не каждый день к ней на барбекю приезжают леди из Лондона.

— Я слышала, — смущенно улыбнулась она, — Очень рада вам, леди Блайт.

Оставив Шерри делиться впечатлениями с ее давней подругой, я поспешила в сад, где шли активные приготовления к барбекю. Однако, свернув, видимо, не на ту аллею, я оказалась лицом к лицу с поборником нравственности, мистером Остином. Когда я увидела его, красивого до одури и высокомерного, сердце пропустило пару ударов. Сегодня он был менее официален, чем в кофейне, потому что выбрал короткий темно-коричневый фрак и светло-бежевые брюки. Рубашка, как полагалось, была накрахмалена, и повязана шелковым галстуком, за который безумно хотелось дернуть.

Мы несколько секунд раскланивались друг перед другом с завидным позерством.

— А я рассчитывал, что вы внемлите советам миссис Бейли, — произнес он, оглядывая меня с ног до головы.

Интересно, что он имел в виду: историю с корсетом или с поведением?

— Я упрямая, мистер Остин.

— Вашими стараниями миссис Эванс сегодня блистает, — сказал он, подавая мне руку, когда я переступала через ветку. Мы удалились далеко в сад.

— Немного лоска не повредит никому. Даже вашей крестной, — не удержалась от колкости.

— У моей крестной достаточно добродетелей, леди, — осадил он меня, — и вам они тоже не повредят, — Бейли была отомщена, а я медленно покрывалась белыми пятнами. И снова его рука приникла к моей, помогая мне преодолеть очередную кочку.

Я начинала нервничать. Его прикосновения вызывали во мне целый водоворот ярчайших эмоций, которых не должно было быть.