Книга Лекарь для захватчика, страница 37 – Елена Романова

— Я изменилась.

Реиган смеется.

— Чушь, – бросает он.

— Даю вам слово. Я хочу только одного – самостоятельно распоряжаться своей судьбой. Я готова на развод. На любых условиях.

Реиган вдруг резко склоняется, опуская ладони на подлокотники моего кресла и впивается взглядом в мое лицо. От неожиданности я вжимаюсь в спинку кресла. Не могу дышать полной грудью, пока этот мужчина рядом. Его запах наполняет легкие, и я сглатываю слюну. Вглядываюсь в каждую черту его лица, и меня ломает от противоречия – цвет его глаз настолько уникален, что можно назвать его божественным, но Реиган хуже дьявола.

— Ты моя жена, Анна, – повторяет он. – Я имею на тебя право.

— Нет, – качаю головой.

— Нет? – на его губах обозначается легкая холодная усмешка. – Провоцируешь меня? Хочешь покажу, как ты ошибаешься?

— Нет.

Он усмехается.

— Прежде, чем я лягу с тобой в постель, тебя осмотрит мой лекарь, мэтр Финч, – говорит он.

Я с трудом верю, что все это происходит на самом деле. И я, современный человек, ничего не могу сделать.

Его величество подходит к двери, толкает ее и зовет Алана. Тот, кажется, гуляет где-то неподалеку, потому что сразу входит в комнату.

— Рэй… – Алан осекается и исправляется: – Ваше величество, намечается жуткий ливень. Кажется, нам придется остаться в Рьене.

За окном гремит дождь, и вдруг льет так, что пугливо ржут лошади. Белесые росчерки молний сверкают в небе, а под старой крышей каменного замка воет ветер. По ногам бьют сквозняки.

Я укрываю графа Эмсворта, ставлю единственную свечу на пол у его головы.

Мужчина бледен, зрачки дергаются под веками, он стонет – Господи, в какой чудовищный мир я попала! Кажется, средневековая гильотина уже занесла надо мной свой тесак.

Даю Эмсворту несколько глотков воды, придерживая его голову. У него жар.

Теперь остается уповать на волю Всевышнего и благосклонность императора.

Подхожу к окну – дождь просто стеной. Небо темное, в нем беснуется ветер. Скрипит старая дверь за спиной. Я поворачиваюсь с чудовищно колотящимся сердцем и натыкаюсь взглядом на замершую в дверном проеме Софи.

— Не угодно ли вам спать, ваше высочество? – спрашивает она.

— Ты права, – соглашаюсь я. – Сменишь меня. Разбуди через пару часов. Одной не спать всю ночь сложнее.

— Я позову госпожу Ройс.

— Госпожа Ройс слишком стара, – отвечаю. – Мне совсем не трудно. Тебе ведь тоже надо отдыхать, Софи. Но, если вдруг заметишь, что лихорадка не спадает, сразу зови меня. Не стесняйся и не бойся. Я не отругаю. А теперь слушай: нужно давать графу Эмсворту пить. Каждый раз, когда он будет приходить в себя. По несколько глотков. А еще нужно принести теплой воды и небольшой чистый отрез ткани. Если граф будет слишком горячим, обтирать, не касаясь раны. При испарении с поверхности кожи, вода заберет часть тепла.

Служанка методично кивает.

Я оставляю ее с Эмсвортом, а сама иду в свою комнату. Голова гудит, а тело наполняется слабостью. Скорее всего, из-за нервного перенапряжения. В темноте я теряюсь, натыкаюсь на предметы, шарахаюсь от каждого угла, в котором мне мерещатся привидения. Время от времени гремит гром, сверкает молния, освещая коридор. Дождь лупит по крыше так, словно на чердаке бегают барабашки.

— Черт! – в темноте я натыкаюсь на какого-то человека.