Книга Соблазн в мегаполисе, страница 16 – Виолетта Рей

Когда я снова поднялась на чердак – туда, где вчера ещё царила роскошная тайна и панорама ночных огней, – я ощутила, как насквозь пропиталась тревогой. На крыше стояли два констебля, осматривая брусчатку, словно надеялись найти следы борьбы или остатки улик. Небо хмурилось, готовясь пролить новый дождь. Мне показалось, что среди каменных стен и статуй всё ещё эхом звучат голоса вчерашней ночи: «Мне нужны гарантии…», «Будет проверка…», «Я не убивал её…».

Я понимала, что эта история получила поистине трагическое развитие, но конец её ещё не настал. Семейные тайны, финансовая афера, чужие надежды и страхи – всё сплелось в тугой узел, который не так-то просто распутать. Улики вели в разные стороны, а взоры подозрения падали на того или другого.

Я стояла у кромки крыши и смотрела на город. Сквозь мутное утреннее небо смутно светились лондонские улицы, уже не такие очаровательные, как вчера, когда они казались романтичной россыпью огней. Теперь эти огни выглядели холодными, похожими на сотни глаз, взирающих на нас без сочувствия.

Внизу инспектор Дойл продолжал дознание. Острые вопросы сыпались на гостей, каждый из которых, казалось, скрывал что-то своё. Я слышала приглушённую суматоху, отзвуки спешных шагов по мраморным полам, шорох бумаг. А над всем этим, словно призрачный символ, возвышалась мёртвая тишина старой крыши, которая стала свидетелем тайн, предательства и, возможно, рокового решения.

Я не знала, кто окажется убийцей, и хотела лишь, чтобы справедливость восторжествовала. Но интуиция подсказывала мне: до полной правды ещё предстоит долгий путь – может быть, через новые допросы, конфликты и разоблачения. А пока особняк на Беркли-сквер оставался захвачен тенью трагедии, и ночные огни на крыше, когда-то казавшиеся загадочными и прекрасными, теперь обрели зловещий отсвет.

Я обвела взглядом сумрачную панораму: грозовые тучи сгущались над Лондоном, готовясь к проливному дождю. Внизу, в комнатах особняка, кристаллизовались тайны, способные разрушить не одну судьбу. И мне оставалось лишь надеяться, что инспектор Дойл докопается до сути прежде, чем тот, кто погубил мисс Рэндалл, попытается вновь замести следы или, чего доброго, избавится от ещё одного нежелательного свидетеля.

Так я закончила своё короткое путешествие на крышу – туда, где свет ночных фонарей и молчаливые тени соседствуют с человеческими пороками, а красота оборачивается самым страшным из преступлений. И хотя я не знала точного ответа, мне казалось, что именно здесь, под этими мрачными небесами, крылась разгадка – готовая раскрыться тому, кто не побоится заглянуть в самую глубину, где тьма и тайна идут рука об руку.

Когда миновала суетная полуденная пора и шорох бесчисленных шагов по мраморным полам мегаполиса начал стихать, огромная башня из стекла и металла, словно величественный великан, продолжала взирать на людские судьбы сверху вниз. Воздвигнутая в самом сердце пульсирующего города, эта башня хранила в себе множество историй: деловые сделки, тайные встречи, мимолётные улыбки и безграничную надежду на будущее.

Я, скромный труженик одного из верхних офисов, спустился в залитый холодным светом холл, чтобы покинуть здание на короткое время и вернуть себе частичку свежего воздуха, ускользающего от бетонных стен. Часы показывали без четверти шесть: пора, когда дневная суета уступает место вечерней дрёме, а взгляды прохожих отражают усталое ожидание грядущей ночи.