Книга Здравствуй, пышка, новый год!, страница 8 – Инга Максимовская

Я угрюмо уставилась на громозепу в дурацкой шапке. Да нет, я привыкла уже, что меня все подкалывают по поводу имени, по поводу моего веса, за мою неуклюжесть и дремучесть в некоторых аспектах жизни, которая как-то вот не задалась у меня. Но вот от чего-то из уст именно этого мерзавца подколки мне слышать обиднее всего. Тюлень, надо же. Уж лучше пусть меня быстрее отдаст Барбосу, и все это закончится. И настроение у него меняется, как погода у моря. Что он озлился то? Я так устала, просто ужасно. И страшно хочу спать. И…

— Папа, – звонкий детский голосок прозвучал так неожиданно, что я подскочила на своем прокрустовом ложе не меньше чем на полметра. – Ух ты, ты что Деда Мороза словил? Ни фига себе.

— Геморрой я себе словил, – пробубнил по нос малахаистый великан. И полную шапку проблем, похоже. Улыбайся, а то морда у тебя сейчас, как у Гринча, а не как у доброго волшебника.

Под потолком вспыхнула люстра. Я ослепла на мгновение всего, а когда сфокусировала свои ясные очи, увидела крошечного рыжего мальчика, с интересом и восторгом глядящего на мою потрепанную персону. Ребенок, похожий на Антошку, любителя картошки, из мультика, конопатый и смахивающий на солнышко, рассматривал меня как диковинную зверушку. Только что не потыкал кочергой, которую зачем-то держал в руке.

— Па, а это нормально, что у деда мороза тетенькина грудь? – поинтересовался потомок Огра, который замер у камина, сложив на могучей груди огромные руки. – А ты говорил, что он не придет без елочки. Дед Мороз, а что у тебя с ногой? Ты из саней выпал, да? Ух ты, круть. А папа не верил, что ты прилетишь. А я загадал. А ты точно настоящий? – напрягся мальчик и почесал крохотный нос кочергой.

— Я помощник его, – вздохнула я, поправляя «Дедморозный» халат на груди, – дедушка не успевает везде сам. Поэтому нас отправляет проверять, как ведут себя хорошие мальчики. Ну и подарки передает с нами. Вот ты, например, что бы хотел в подарок?

— Я…? – в глазах ребенка зажглись искорки надежды. И нос он насупил, как Огр в малахае.

— Да. Я же к тебе приехал… приехала, – ну не обманывать же мальчика, так доверчиво на меня смотрящего. Он не глупый же, сразу понял, что я тетенька. Тетенька, блин. Я то все себя считаю девушкой.

— Я хочу маму, настоящую только, а не няню Гаджан, которая «р» не выговаривает и готовит гадский суп, а еще она не разговаривает со мной почти. Чтобы мама была красивая хочу. И чтобы у нас был стол новогодний, как в кино. Салаты чтобы с горохом, и пюре картошка. И еще… Чтобы папа в новый год…

— Так, Барбос, бегом переодеваться Сто раз тебе говорил, чтобы босиком не ходил по голому полу, – рявкнул бородатый, я уж и забыла что он тут, заслушавшись мечтами ребенка, который как мне показалось, страшно несчастен. Ну не будет счастливый малыш мечтать о таких простых радостях как салат. И дом богатый, вроде, а все в нем какое-то неживое. Нет елочки в доме, где живет ребенок, нет гирлянд веселых. И снеговика нет в огромном дворе. Только злобный мужик в малахае с ружьём, зовущий своего ребенка собачьей кличкой и тени в фартуках.

— Почему Барбос? – проводив взглядом крошечную фигурку, взлетевшую по лестнице с какой-то невероятной скоростью.

— А ты почему Ляся? – хмыкнул дьявол, наконец содрав с головы шапку.