Книга Лотерея соблазна, страница 30 – Синтия Обин

— Мне опять стало плохо у нее в кухне, и на этот раз я… упала в обморок.

— На этот раз? Хочешь сказать, такое случалось и раньше?

— Не такие глубокие обмороки, — с неохотой призналась Тиффани. — Скажем, короткое отключение.

Ноздри Престона раздулись.

— И когда ты собиралась мне признаться?

— Разве это необходимо? Какова цель?

— Цель — сообщить мне о проблемах со здоровьем у матери моего ребенка.

— Теперь это мой официальный статус? — Она поставила бутылку эля на журнальный столик. — Если так, мне надо знать, что за этим следует. Ты имеешь право быть в курсе всех медицинских исследований? Или надо сообщать только о тех вещах, которые угрожают течению беременности?

— Я хотел сказать совсем не это.

— Тогда что?

Престон переступил с ноги на ногу, гнев понемногу рассеялся.

— Я хотел сказать, что мне небезразлично происходящее с тобой. Я хочу знать обо всем, быть рядом.

— Это вряд ли возможно. — Тиффани пожалела, что ответила так резко, потому добавила: — Хотя твоя забота мне приятна, ты не можешь быть постоянно рядом, приезжать каждый раз, когда я не ответила на звонок. Ты не можешь быть частью отношений, которых нет.

Престон прошел к окну, выходящему на улицу, за ним на обочине стояла его машина.

Тиффани внезапно охватило острое желание прижаться щекой к его спине, услышать удары сердца, ощутить силу мужского тела.

— Из меня не выйдет хорошего партнера, Тиффани. Я отлично себя знаю, на первом месте для меня всегда будет работа. Мне никогда не удавалось это изменить.

— И для меня тоже, Престон.

— И ты имеешь на это право. Мне следует с большим уважением относиться к твоей личной жизни, поэтому я считаю, что нам придется оставить отношения платоническими.

Зародившаяся в сердце надежда растаяла, как мороженое на солнце.

— Понятно.

— Извини, что на днях не сдержался. Я только все усложнил.

— Мы оба виноваты. Если правильно помню, инициатором была я.

— В любом случае, как бы нас ни влекло друг к другу, мы не должны поддаваться чувствам ради карьеры и наших семей.

Тиффани уже думала об этом после того, что между ними произошло. Им еще о многом надо поговорить, принять немало решений, но мысль начать сейчас вызвала очередной приступ тошноты.

— Раз договор заключен, не мог бы ты оставить меня, я мечтаю принять душ и лечь спать.

— Только после того, как ты примешь душ и я уложу тебя в постель. Хочу быть уверен, что ты не упала, что все в порядке.

Ей очень хотелось заставить его уйти немедленно просто из принципа, чтобы доказать, что может отказаться от секса с ним так же легко, как он. Остановило лишь внезапное нежелание оставаться одной.

Мама и Алиша предлагали пожить у нее неделю, пока не начнет действовать прописанное врачом лекарство, которое должно было убрать неприятные симптомы, но Тиффани не хотела нарушать их привычный уклад жизни. К тому же им пришлось бы рассказать своим мужчинам о беременности.

Но была и другая причина задержать Престона. Рядом с ним она ощущала себя спокойно и в безопасности. Приятно, когда он рядом и можно хоть ненадолго представить, что они пара.

— Соглашаюсь только ради того, чтобы ты тоже спал спокойно, — произнесла Тиффани таким тоном, будто действительно шла на уступки.

Дотянувшись до пульта, включила телевизор и положила открытую книгу на журнальный столик вверх обложкой. Затем, сделав усилие над собой, подняла налитое свинцовой тяжестью тело и потащилась в ванную.