Книга Алый трон, страница 62 – Эми Лиоу

А кто сказал, что твоя магия не исходит от Рашматун? – подает голос Илам.

Ты… ты действительно хочешь, чтобы я ему это сказала? – спрашиваю я, не веря ушам.

Может быть, он и был свидетелем магии Кавиты, но вряд ли разбирается в тонкостях, усмехается Илам. Он не в том положении, чтобы спрашивать, откуда берется твоя магия. Кроме того, в будущем, когда ты будешь пользоваться моей силой, тебе будет удобнее это скрывать.

Если ты так считаешь…

Хоть мне это и не нравится, Илам прав. Магия – единственное объяснение, которое позволит обвести Икту вокруг пальца.

— Я думаю, ко мне возвращается магия Рашматун, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал робко и неуверенно. – Богиня еще не являлась мне, но я чувствую следы ее силы. С ее помощью я и учуяла запах туш в храме.

Его лицо застывает:

— Когда ты это обнаружила?

— Перед тем как мы узнали, что Харун организует отбор новой Ракхти.

Илам хихикает, довольный тем, как гладко я лгу.

Зачем тогда она велела мне разобраться с козами, если все знала? –думает Икта, раздраженный и сбитый с толку. Я мог бы заняться чем-нибудь другим. И как я сразу не понял, что она обладает магией? О боги мои. Какой же я тупица.

Эти мысли вгоняют Икту в уныние. Может быть, поэтому я все время чувствую, что она чего-то недоговаривает. Может быть, поэтому она меня не слушается. Я еще не заслужил ее доверия. Выходит, я и вправду дурак.

Мое сердце сжимается. Сцепив за спиной руки, я устремляю на брата умоляющий взгляд:

— Ты должен оказать мне еще одну услугу. Моя магия не всесильна.

Надеюсь, это заставит его ощутить себя нужным.

Я должна дать Икте повод и дальше служить мне.

Его взгляд полон сомнений.

— О чем ты говоришь?

— Пусть Керан найдет Чандри.

Он приподнимает бровь:

— Теперь ты сама хочешь ее найти? А как же раньше, когда я тебя об этом спрашивал?

А он спрашивал? Возможно, мои воспоминания об этом тоже стерлись, потому что касались Чандри. Но у меня нет сил бороться с ожесточением брата. Его многочисленные сожаления не моя печаль.

— Я бы хотела кое о чем ее расспросить. – Я складываю руки на груди. – Про Священные свитки.

— Могла бы расспросить меня, – говорит Икта. – Я помог бы тебе их расшифровать.

Я переминаюсь с ноги на ногу. Он прав. Прочти Икта свитки, моя жизнь стала бы проще. И все же меня гнетут сомнения.

Икта замечает мои колебания, и мысли в его голове спутываются в уродливый клубок. Почему она не пыталась раньше найти Чандри? Неужели она хочет остаться Ракхти? И если она давно владеет магией, о чем еще умолчала?

Прости, Икта, думаю я. Я должна это сделать. Ради нас обоих.

— Ты и так очень помог мне, став посредником между мной и Кераном, – пытаюсь я смягчить его.

Икта повторяет мою позу, сложив на груди руки.

— Я сделаю для тебя все, что могу, – бормочет он. – Моя жизнь посвящена служению тебе.

— Спасибо. – Я улыбаюсь. Надеюсь, брат не разглядит за моей улыбкой внутреннее напряжение. – Ты будешь вознагражден по заслугам.

Икта пытается принять расстроенный вид, но я все еще его младшая сестренка. Так он думает. И он должен быть страшим братом, на которого я могу положиться.

— Я рассчитываю на премию за два месяца, – говорит он. – И добавку на спиртное.

Три дня спустя в храме царит невиданная суета. Вместо того чтобы сопроводить меня в зал для омовения ради призыва Рашматун, меня облачают в бледно-желтую джаму, подол которой расшит золотом. Служанки одевают меня с особой почтительностью; Джирташ со стоическим выражением заплетает и закалывает волосы на макушке. Нали держится в стороне после недвусмысленного указания Джирташ ко мне не притрагиваться.