Книга Алый трон, страница 172 – Эми Лиоу

Потому что я законно занимаю это положение – я была рождена для этой роли.

Я больше не Бинса и со странным смирением принимаю этот факт.

Внезапно Илам возвращается в мое тело. Я осознаю это несколько мгновений спустя, когда в мою комнату врывается Икта. Протолкнувшись между Джирташ и служанками, он широко распахивает дверь.

— Что ты наделала, Бинса? – рычит он.

— Каков наглец! – восклицает Джирташ, вваливаясь вслед за ним. – Как ты смеешь…

— Тихо, Джирташ, – перебиваю я ее. – Я с ним поговорю.

Пожилая матрона неодобрительно поджимает губы и прежде, чем выйти, бросает на Икту свирепый взгляд.

Мой брат в два шага пересекает комнату и наклоняется рядом с кроватью, приблизив свое лицо к моему.

— Что ты делаешь, Бинса? Зачем ты убила Харуна?

В его голосе – чистая неприкрытая мука. Глаза покраснели, и он едва сдерживает слезы. Для него я все так же младшая сестренка – маловата для своих лет, с острым взглядом и спокойными движениями. Икта пытается сопоставить этот образ с тем, что увидел сегодня утром.

Мое сердце сжимается от боли. Он считает меня чудовищем, неисправимой убийцей. Чтобы отгородиться от душевной боли, я притворяюсь, будто я все еще Бинса, втянутая в это против воли невинная девушка, которая знать не знала, что Рашматун обвинит Нали в убийстве Харуна.

Боль в моей груди утихает.

— О чем ты говоришь, Икта? – Я хмуро смотрю на него. – Я не убивала Харуна. Это сделала Нали. Так сказала Рашматун.

— Ты и есть Рашматун, – шипит он.

В замешательстве я склоняю голову. Богиня – совершенно отдельное существо.

— Неправда. Если Рашматун так считает, значит это сделала Нали. Последнее слово за Рашматун.

На его лице написано полное поражение. Икта встает и принимается рыться на моей книжной полке; перед его мысленным взором возникает лицо Керана. Поищи пустую книгу, говорит он. Икта хватает «Краткую историю Аритсьи», открывает и достает другую книгу. Затем быстро перелистывает страницы, и его лицо искажает неподдельный ужас.

Икта начинает рвать книгу страница за страницей.

В изумлении я вскакиваю с кровати.

— Икта, что ты делаешь?

— Как ты могла? – бормочет он себе под нос. – Я должен был знать, что это случится, я должен был тебя остановить. Керан был прав. Ты больше не та Бинса, которую мы знали. Ты полностью отдалась магии крови. Как наша мать.

Теперь слезы свободно текут по его щекам. Я не осмеливаюсь к нему приблизиться; между нами непроницаемый щит, который меня удерживает. Брат прячет свои чувства за такой толстой стеной, что никакой магии крови ее не прошибить.

— Икта, пожалуйста, – плачу я.

— Хватит! Я не хочу тебя слушать! – И с этими словами он разрывает последнюю страницу. – Я больше не потерплю твоей лжи.

Икта подбирает клочки бумаги, собирает в охапку и подходит к окну. Затем выбрасывает их, и обрывки разлетаются, как гонимый ветром снег.

В ошеломлении я смотрю на остатки того, что когда-то было моей книгой.

— Прощай, Бинса, – произносит Икта тихо, бросив на меня последний, тяжелый и горестный взгляд. – И знай, я найду способ тебя остановить. Не ради тебя самой, ради Бакхтина.

Он исчезает, как эфемерное пламя свечи, не оставив после себя и следа.

Тяжело дыша, я опускаюсь на кровать. Боль, которую мне удалось подавить, возвращается, как только я сбрасываю маску Бинсы. Она переполняет руки и ноги, сдавливает горло, пока, хрипя, я не перегибаюсь пополам. Мне кажется, что мой череп трещит по швам, а когда я вспоминаю о том, что случилось, руки трясутся. Что со мной не так? Я же искренне поверила, что ничего не помню, что Рашматун заняла мое тело, что Нали виновна в смерти Харуна. Поверила в ложь, которую твердила себе и другим.