Книга Всадник дракона, страница 59 – Таран Матару

Джай не нашелся с ответом.

— Я говорю лишь то, что слышал! – Юноша чувствовал, как в груди нарастает паника. – Но это еще не все. Тит сказал вам, куда Магнус собирался меня отвезти?

Последовала еще одна пауза.

— Да, – сказала Эрика. – И я велела ему прекратить это. Он ответил, что к тому времени, как прибудет гонец, ты будешь уже давно мертв. Поэтому… Я послала за тобой своего дракона.

— В лесу что-то есть, и принц не хочет, чтобы вы это увидели. Отправив меня туда, куда мог добраться только ваш дракон, принц отвлек его от леса.

— Ее, – поправила Эрика.

— Приношу свои извинения, – прошептал Джай.

Он находился в горячей воде, пот стекал по лбу. Эрика была права – этот план не стоил свеч. Отравить Ивара, чтобы он насторожился… Какой в этом мог быть смысл? Что сказал Константин, когда казнили шпионов-худдитов?

Если направляешь стрелу в императора, молись, чтобы не промахнуться.

— Это правда, – наконец произнесла Эрика. – Он разрешил мне вернуть тебя обратно. Даже отдал часть золота из моего приданого, если прощу его жестокость. Но только после того, как я высказала свое отвращение, заметь.

— И я благодарен вам, – сказал Джай. – Но разве это не кажется странным? Сабиняне могут быть жестокими, но казнить в мирное время за такой незначительный проступок, как посиделки за обеденным столом по приказу его будущего тестя… Это говорит о крайнем высокомерии и глупости. Титу не чуждо и то и другое, но даже это кажется выходящим за рамки.

Снова наступила долгая тишина, и Джай прочувствовал каждую ее секунду. Казалось, приговор вот-вот будет вынесен. Эрика легко могла приказать Фриде убить его – или сделать это самой. Он стал бы просто еще одним насильником, которого убила женщина, защищавшая свою честь.

— Мое королевство, – начала Эрика уже более мягким голосом, – находится в состоянии войны почти столетие. Мужчин забирают с ферм и рыбацких лодок, чтобы защищать границы. Казна опустошается, чтобы строить военные корабли, а не дороги и мосты, покупать оружие и доспехи, а не зерно. Трупы убитых во время набегов на скот, чтобы прокормить голодающее население, отправляют домой в вещмешках. Как еще такое маленькое королевство, как мое, могло долго противостоять могуществу целой империи?

Джай хранил молчание.

— Я с радостью отдаю себя этому мелкому негодяю, принцу, – продолжила Эрика. – Чтобы я могла воспитать своего ребенка добрым правителем. Чтобы каждый плененный данский воин мог обрести свободу. Чтобы мои войска могли вернуться домой и заботиться о своих семьях, как раньше.

Эрика протяжно выдохнула, и Джай едва различил ее силуэт в тумане. Без своего дракона она казалась такой маленькой.

— Ты для меня чужой. Возможно, ты обязан мне жизнью, но твоя история сбивает с толку. Сначала в опасности Леонид, потом моя семья. Ты говоришь о вещах, спрятанных в лесу, но мой дракон охотился там и не видел ничего, кроме земных зверей. Возможно, то, что там было, изъяли и вернули сегодня ночью. А может, и нет.

Теперь Джай понял, что не продумал все до конца. Он увидел Фриду – и побежал. Разве его история звучит не безумно?

— Что ты хочешь, чтобы я сделала, степной юноша? – спросила Эрика. – Отказалась от свадьбы, после всех потраченных денег? Отправила наших людей обратно на корабли и продолжила бесконечную войну?