Книга Всадник дракона, страница 28 – Таран Матару

— Это не из-за лошадей тебя отправили прислуживать Леониду, – неожиданно сказал Арджун. – Черт возьми, всего за один день ты научился скакать, как настоящий наездник. Ты степняк, веришь в это или нет.

— Тогда почему? – удивленно посмотрел на него Джай.

Арджун вздохнул и улыбнулся брату.

— Чтобы служить Леониду, им пришлось дать тебе образование. Научить читать. Писать. Обучить обычаям их двора. Как думаешь, почему нам разрешается прислуживать принцу только на охоте или пирах? А не тогда, когда он присутствует на совете отца или встречается с правителями колоний?

Джай уставился на него. Он всегда удивлялся такому выбору. Думал, что это было упущением. Что он сам был упущением.

— Почему они угощают нас спиртным и изысканной едой, – продолжил Арджун, – но держат подальше от двора? Леонид попросил прислуживать именно тебя, Джай, потому что ты третий в очереди, и возможно, у тебя будет даже меньше прав, чем у нашего дяди, если дело дойдет до правления племенем. Сабиняне не допустят, чтобы тот, кто однажды может стать правителем племени Кидара, узнал то, что знаешь ты. Им на руку, чтобы мы были мягкими, избалованными и глупыми. – Арджун наклонился к брату, широко распахнув глаза. – Они намеренно держат нас порознь. Черт возьми, если бы не та выходка с хиро, тебя бы и сегодня не взяли на охоту. Но они недооценивают нашу любовь. Нашу преданность.

Джай с трудом сдержал слезы. Впервые за долгое время Арджун сказал, что любит его!

— Через год, когда я достигну совершеннолетия, я вернусь к нашему народу и займу место отца. Ты считаешь себя подтиркой. Нет. Ты – мое секретное оружие. Через три года тебе тоже исполнится двадцать, Джай, когда, согласно мирному договору, можно вернуться домой. Подожди еще немного. И вы с Самаром будете рядом со мной. Только подумай, что мы сможем сделать тогда… вместе.

Арджун неловко обнял Джая. Джай обнял его в ответ и почувствовал, как по щекам потекли слезы.

— Я тоже люблю тебя, брат, – прошептал он. – Еще три года, и мы им всем покажем.

С тяжелым сердцем Джай вернулся во дворец. Странно было грустить после так славно проведенного времени. Но теперь, когда юноша увидел, какой хорошей могла быть жизнь, он чувствовал себя опустошенным.

Поэтому Джай испытал некоторое облегчение, когда, прокравшись в свою комнатушку через императорские покои, обнаружил, что Леонид уже лежал в постели, подоткнутый одеялом, и храпел так громко, что мог разбудить мертвого. Несомненно, это результат ночной попойки после триумфального возвращения с охоты Тита.

Джаю было интересно, знал ли старик, что его заставили охотиться за символом их отца. Посчитал бы он это жестоким… или необходимым.

Как бы ни называли этого человека, Леонид всегда был прагматиком. Он всегда категорически возражал против того, чтобы заковывать пленников в кандалы, пока не получил в свое распоряжение разгромленные армии дюжины вражеских государств. Тогда по настоянию сына Леонид построил лагеря для военнопленных, чтобы те работали на полях, в лесах и рудниках. Только когда Константин пришел к власти, эту практику закрепили в законе – одна из многих причин, по которой сын Леонида стал известен как Жестокий.

— Ты вернулся.

У Джая едва душа в пятки не ушла, когда он понял, что храп прекратился. Леонид говорил с закрытыми глазами.