Книга Клинки города ярости, страница 177 – Юлия Арвер

— Маура знала о твоем сговоре с кадаром?

На пару мгновений я задержала взгляд на умоляющих глазах матери и вновь повернулась к Мансуру. Маура замычала, привлекая мое внимание, но я больше не поворачивала к ней головы.

— При всей моей любви к твоей матери, я бы не назвал ее достаточно умной для того, чтобы оценить мой план, – хмыкнул Мансур, одарив Мауру снисходительным взглядом. – Боюсь, она бы не выдержала и рассказала тебе, поэтому мне пришлось посетить Вароссу и разыграть спектакль с поисками кадара.

— Ты превратил меня в муху, застрявшую в паутине. Разве это по-отцовски, Мансур? – процедила я, сцепив кулаки до хруста в суставах. Все это время, все это бесово время вокруг меня разыгрывалось представление. До чего мерзко!

— Ради того, чтобы ты правила Нарамом, я был готов на все. Пока ты не предала меня.

— Ах, это я – предательница?

— Ты вероломно подчинила себе Аждарху и пошла против меня. Это ли не предательство? – Вот тут-то в голосе Мансура прорезалась горечь, а Герш, который низкорослой тенью держался за его спиной, согласно кивнул. «Папенька» годами мечтал заполучить змеиного царя, а эта непокорная демоница ускользнула, только ее и видали.

— У нас больше общего, чем я ожидала, отец. Мы оба легко предаем своих родных, – согласилась я с издевкой. – Как я посмотрю, ты пал еще ниже и не нашел ничего другого, кроме как угрожать мне дорогими людьми. Где Эрдэнэ?

— Мертв, – ухмыльнувшись, ответил Мансур. – Вместе со своим подельничком.

Я приложила все силы, какие только во мне остались, чтобы не осесть на землю. Одно короткое слово «мертв» вышибло из меня весь воздух. Как? Как хитрый и изворотливый Эрдэнэ мог попасться Мансуру? Как он мог умереть?!

— Врешь. Вы не могли схватить их, – промямлила я.

Один из волхатов оттолкнулся от камня, на который опирался, и подошел ближе. Факелы осветили белесые волосы и лицо, лучившееся гордостью. Исар. Глаза первого советника сияли, как звезды в ночи. Никогда еще мне не приходилось видеть его таким наполненным силой.

Исар мерзко ухмыльнулся и сказал:

— В первую ночь мы проследили за ними, но упустили. Честно говоря, Мансур считал, что они не сунутся в Даир снова. Но я-то знаю, что вместо мозгов у Эрдэнэ цацки и побрякушки. Именно я настоял на засаде.

— Исар выпил из Эрдэнэ всю силу, до капли. Таким образом, мой второй советник на смертном одре послужил благой цели, – продолжил Мансур и едко усмехнулся.

Я задыхалась, его слова встали поперек горла. Камни кружились, как и весь мир. Я готова была рухнуть без чувств. Эрдэнэ. Милый Эрдэнэ, как же так?

— Амаль… я… – лепетала Маура, и ее слова долетали до меня, будто сквозь толщу воды. – Беги…

— Пожалуй, сегодня я посоветую тебе не слушать мать. Раньше она давала тебе дельные советы, но сейчас… Она больше нам не нужна, – процедил Мансур и влепил Мауре звонкую пощечину. Ее голова мотнулась в сторону, едва не ударившись о камень, но она осталась в сознании. Мутные глаза все равно находили меня, словно маяк.

— Зачем ты привел меня сюда? Зачем мучаешь мою мать? Чего хочешь? – процедила я, на что Мансур нехорошо усмехнулся.

— Я, как хороший отец, хочу воспитать из тебя достойную дочь, но, уж прости, трон Нарама отныне будет принадлежать мне. – Мансур расплылся в довольной ухмылке. – Ты – моя кровь, а значит, должна уважать своего отца.