Онлайн книга «Змеи города роз»
|
Я замолчала, обескураженная словами матери. До чего же странно этой ночью звучала правда о творившемся за моей спиной. Ее учитель, которого на протяжении многих лет я опасливо сторонилась, охотился на кадара, но даже всемогущий Мансур оказался бессилен перед коварством Арлана… Мысль о том, что оба брата все эти годы желали мне смерти, застучала в виске латунным молотком. И один из них все еще жив. Наверняка потирает руки, радуясь моему бессилию… — Я не смогла убить Айдана, – признание, полное сожаления, слетело с губ, опережая мысли. Маура печально улыбнулась и провела рукой по моей щеке. — И поступила верно. Смерть наследника воеводы привела бы тебя на рудники, – в голосе матери звучало одобрение, чего мне так давно не приходилось слышать. – Я столько лет убеждала тебя, что смерть Айдана необходима, но сейчас слишком неподходящее время для убийства этого ублюдка. Ты отомстила Арлану за смерть Михеля и выбралась почти сухой из хватки императорских шавок. Я горжусь тобой, дочь. Очередная слезинка скатилась из уголка глаза, и я смахнула ее, не прощая себе слабости. — Что бы я ни сделала с Арланом, этого никогда не будет достаточно. На Михеле держалась вся моя жизнь. Теперь она рухнула, будто взорванная крепость. Я никогда не позволяла себе думать, что однажды Беркута не станет, и теперь стою на его могиле. Он стал для меня и отцом, и другом, и наставником. Михель посвятил мне свою жизнь, а я так надеялась, что он наконец обретет счастье… К горлу подступил комок слез, и я позорно разрыдалась, спрятав лицо в ладонях. Рука Мауры легла на плечо и сжала его в успокаивающем жесте. Очередная слабость в присутствии матери. Внутри окончательно сломался стержень, на котором я держалась эти бесконечно долгие дни. Боль и горе выплескивались наружу горькими слезами. Я рухнула на колени и ласково провела ладонями по утрамбованной земле. Где-то под ней покоился прах лучшего мужчины в моей жизни. Я никогда не была одинока… Несокрушимый Беркут возвышался за спиной, оберегая и советуя, сдерживая и направляя… Он приучил меня чувствовать его защиту и создал для этого целый отряд. С семи лет я жила под сильным крылом и наивно уповала, что это навечно… Верила, что Михель защитит меня от козней Айдана… Злилась на него из-за Ингара и жестоко обманывалась… Беркут никогда не ошибался, кроме одного фатального раза… Михель, как и я, верил Арлану. Не знаю, сколько просидела у могилы друга. Мгновенья сливались в невыносимо долгие минуты, и те ускользали от меня, будто вода, которую не удержать в ладонях. Когда на горизонте забрезжил рассвет, Маура обняла меня за плечи и прошептала: — Нам пора уходить, дочь. Ты обязательно навестишь его снова, но на сегодня хватит. Я подчинилась ее рукам и позволила увести себя от могилы. Бесконечные таблички и памятники явственно проступали в предрассветной серости, и их ряды казались бескрайними. Я брела, чувствуя объятия Мауры, и вновь ощущала себя ребенком. Впервые за последние годы материнская забота была столь явной и нежной. В гневе я клялась самой себе, что больше никогда не назову ее мамой, но сегодня была готова поступиться клятвой… Игла ждала нас у костра. Она задержала взгляд на моем заплаканном лице, но благоразумно не проронила ни слова. Даже не усмехнулась. Маура вновь плеснула жидкость из склянки, оказавшуюся кровью, в огонь, и тот взметнулся пляской дикой стихии. Прежде чем войти в коридор пламени, она сухо велела Игле затушить костер после нашего ухода. |