Книга Змеи города роз, страница 154 – Юлия Арвер

Нечистый лес простирался по правую руку и сегодня казался особенно зловещим в чернильной мгле. Видит Владыка, я бы вошел в него раньше, но бросать мерина на произвол судьбы не позволила совесть, как и вести его с собой, превратив в корм для нечисти. Мысль вернуться к знакомым местам и пойти дорогой, по которой мы с Рефом забрели в лапы к Шурале, показалась весьма здравой.

Страх перед хозяином леса вытеснила цель, ради которой я готов был рискнуть и потягаться даже с этой тварью. Влюбленный дурак, как сказал Реф. Старый валенок оказался прав. Как и всегда.

Привязать коня в голой степи, рассекаемой Нечистым лесом, оказалось негде. Ругнувшись себе под нос, я повел его к городским воротам, запертым на ночь. Двое привратников несли службу, вальяжно прислонившись к мощным створкам, и, казалось, даже дремали на посту. Стоило топоту копыт донестись до их ушей, оба встрепенулись и наставили на меня сабли. В неясном свете факелов солдаты империи наверняка не узнали коричневую форму отряда наместницы, зато учуяли вонь лошадиного пота, которым я пропитался за дни путешествия верхом.

Мне потребовались пара минут и несколько высокомерных фраз, чтобы стражники поняли, с кем имеют дело, и учтиво пообещали привязать мерина к коновязи, установленной для гостей Вароссы. Все же отряд наместницы был у них в чести.

Освободившись от обузы, я твердо зашагал к Нечистому лесу, обманчиво безобидно покачивающему ветвями исполинских деревьев. Впереди маячило то самое место, где Амаль раз за разом входила во владения Шурале. Туда-то мне и нужно.

Я свернул с тракта и устремился к лесу, приминая подошвами иссохшую за лето траву, доходящую почти до пояса и цепляющую походный плащ. Наверняка в нем останется уйма колючек, но сегодняшней ночью они были мельчайшей из моих проблем и никак не могли тягаться с Шурале, сулившим мне верную смерть.

Я вошел в лес между двумя громадными дубами и замер. Стоило сделать шаг во владения Шурале, как звуки мира за спиной смолкли, оставив лишь мое отрывистое дыхание и шорох опавших листьев под подошвами ботинок. Желтый блин полной луны освещал верхушки деревьев необычайно ярко, но на земле царила непроглядная мгла.

Каждая веточка, каждая травинка и каждый обитатель этих нечистых мест будто затаились, принюхиваясь и приглядываясь ко мне. Звать тени глупо. Наверняка меня почуют и под ними. Если бы не годы выучки, в груди вместе с сердцем уже давно громыхало бы неистовое желание убраться отсюда, оседлать коня и стремглав мчаться в Адрам, но я – не трусливый крысеныш. Я – навир, прошедший немало передряг. Правда, сегодня мои руки пусты, в них нет тяжести особого кинжала и меча-каскары, таких привычных за годы службы. Они – продолжение меня, но этой ночью в лапы к Шурале я пришел безоружным. Со мной лишь магия, умоляющая позволить ей порезвиться.

Я медленно двинулся вперед, минуя деревья и кустарники, ловко скрывающие тропку. Несмотря на потрясение от встречи с Маурой и непрошеного возвращения в ненавистное детство, дорога от места стычки с Шурале отложилась в памяти даже лучше, чем хотелось бы. Я прислушивался к каждому шороху под ногами, к каждому вдоху и выдоху, к вязкой тишине вокруг. Ветер не гулял в ветвях, не шелестели мелкие зверьки, бесследно исчезли змеи. Не заманивал ли меня в ловушку Шурале? Не решил ли поиграть с тем, кого однажды милостиво отпустил из леса?