Книга Змеи города роз, страница 141 – Юлия Арвер

— Решил соблазнить наместницу и выторговать себе право остаться в отряде, перебежчик? Как я погляжу, ты не гнушаешься грязными методами. Может, невеста все же сбежала с тобой не по доброй воле?

Я скрипнул зубами, но заставил себя сохранить хладнокровие.

— А ты кто такой, чтобы читать мне нотации?

— Тот, кто действительно любит наместницу. И я не позволю какому-то выродку вроде тебя испортить ее репутацию. Амаль Кахир скоро выходит замуж, и интрижка с безродным солдатом не делает ей чести.

— Сколько любезностей! Запишу-ка их, чтобы перечитывать перед сном, – мой голос сочился ядом. Беркут виделся мне сторожевым псом, путающимся под ногами и тявкающим на всех без разбора. Он считал выродком меня, а я – его. Идеальный тандем.

— Не дерзи мне, перебежчик, – Беркут угрожающе шагнул ко мне и обхватил рукоятку кинжала, покоящегося в ножнах.

Я вспыльчив и импульсивен? О да…

— А то что? Позовешь собак? Или, может, крыс? Кто ты без своей хвостатой армии?

— Я тебя уничтожу, ублюдок! – оскорбленно рявкнул Беркут и выхватил кинжал.

Вчерашний вечер будто и не заканчивался! Не будь я так зол, то даже придумал бы шутку по этому поводу. Уже дважды за два дня мне угрожали кинжалом, и дважды послушные тени выбили его из рук врага.

Оставшись безоружным, Беркут бросился на меня с кулаками. Я не отставал. Подошло к концу время, когда приходилось поддаваться командиру, только бы не навлечь на себя ненужные подозрения.

Я увернулся от кулака, летящего мне в челюсть, и меткой подсечкой сбил Беркута с ног. Тот вскочил, выплюнув парочку ругательств, и бросился ко мне с удвоенной яростью. Пришлось уклониться от ударов, уходя в защиту. Командир был вне себя от гнева, и мне это сыграло на руку. Достаточно было подпустить его ближе, обманчиво открывшись. Кулак Беркута устремился к моему виску, но я проворно поднырнул под него и что есть силы ударил верного пса наместницы в солнечное сплетение. Детский прием. Не будь командир взбешен до скрипа зубов, он никогда не открылся бы так глупо… Самоуверенность подвела его, как подводила многих.

Беркут сложился пополам в попытке отдышаться. Я же отошел на пару шагов и ухмыльнулся.

— Командир, вы деретесь, как ребенок.

Оскорбление заставило Беркута разогнуться и зарычать от ярости. Он угрожающе приближался, но я не отступал, дразня командира надменной ухмылкой и продумывая, как поставить его на колени…

Дверь кабинета распахнулась, и наше блаженное уединение нарушили четверо солдат во главе с Ансаром. Они ворвались в помещение с топотом и руганью, мгновенно оттеснив нас с Беркутом друг от друга. Неужели их прислала Амаль?

— Твое место на рудниках Фадаята, выродок! – рявкнул командир, пожирая меня яростным взглядом.

Я рвался из рук Ансара и вновь ощущал, будто вчерашний вечер так и не закончился. Если бы не союз Тира и Амаль, Беркут уполз бы отсюда с позором, подгоняемый тенями. Сейчас же они угрожающе клубились в углах, но не приближались, повинуясь искорке моего здравого смысла.

Беркут смачно сплюнул прямо к моим ногам и вылетел из кабинета, словно выпущенный из пушки. Солдаты косились на тени, которые постепенно растворялись в полумраке, но молчали. Ансар открыл было рот, но я бросил ему: «Заткнись, именем Владыки тебя прошу» и устремился прочь. Короткая и глупая мысль последовать за Амаль была остановлена громовым убеждением голоса разума: «Не усугубляй то, что и без того талантливо испоганил». И он был прав. В который раз.