Книга Змеи города роз, страница 126 – Юлия Арвер

Из-за двери спальни выглянул отец, наверняка заслышав топот и возню. При виде албасты его глаза обалдело расширились.

— Амаль, в чем дело?! Что это за существо?! – рявкнул воевода, выскочив в коридор прямо в халате.

Маура вздернула подбородок, тряхнув свалявшимися волосами, и гордо воззрилась на бывшего любовника. Знал бы он, кого видел перед собой…

— Отец, я все вам объясню, но позже. Албасты повинуется мне. Я привела ее из Нечистого леса. Она поможет нам исцелить Ингара и освободить Айдана от демона.

Взгляд воеводы смягчился, стоило мне заговорить о его старшем сыне.

— Я пойду с вами, – безапелляционно заявил он, после чего вспомнил, что все еще не одет. – Переоденусь и догоню вас.

— Мы будем в саду, – уже на бегу бросила я отцу и поспешила вслед за двинувшейся к лестнице процессией.

В саду мы остановились под раскидистым каштаном, неподалеку от моего излюбленного топчана. Беркут и Ансар аккуратно переложили Ингара прямо на землю и опасливо отступили в сторону, позволив албасты склониться над ним.

— Сумку, – велела она и протянула костлявую руку в мою сторону.

Я поспешно отдала матери наши скромные припасы. Она вывалила их на траву, деловито подняла пропитанную кровью рубаху Ингара, после чего схватила узелок с мазью и окунула в нее скрюченные пальцы. Когда лекарство полностью покрыло рану, Маура положила сверху пучок из полыни, зверобоя и крапивы и подозвала меня к себе.

— Режь руки нам обеим и заливай кровью рану, – прошептала она. – Твоему ненаглядному нужно много нашей магии.

Я выхватила из ножен кинжал, сорвала перчатку с левой руки, охнув от резкой боли, и вновь размотала хлопковую материю, пропитавшуюся целебным отваром и сукровицей. Алая ладонь, покрытая устрашающими волдырями, заставила мать то ли брезгливо, то ли осуждающе поморщиться. Я полоснула лезвием по обожженной коже, вытерла его о снятую перчатку и проделала то же самое с рукой Мауры. Наша кровь двумя бодрыми ручейками потекла на рану, покрывая ее рубиновой пеленой. Она стекала алыми реками по смуглой коже живота Ингара, прокладывая себе дорожки к земле. Магия двух ведьм напитывала травы и мазь, призывала мать-природу на помощь одному-единственному человеку.

— Теперь пролей кровь на землю, – велела Маура, и я подчинилась ее приказу. Мать проделала то же самое, после чего велела отойти и не мешаться.

К тому времени, когда я вернулась к небольшой компании, державшейся на почтительном отдалении, к ней уже присоединился отец. Он во все глаза наблюдал за албасты, склонившейся над Ингаром. Одной рукой она оперлась на землю, вторую же положила на покрытую мазью, травами и нашей кровью рану. Маура что-то бормотала, но ее тихий хрип почти не доносился до наших ушей.

— Что она делает? – изумленно выдохнул отец.

— Просит у земли исцелить его, – ответила я отстраненно.

Мой взгляд блуждал по саду, подмечая, как много ненужных свидетелей появилось у нашего таинства. Кухарки и горничные толпились у черного входа кухни, неподалеку ошивались трое солдат. Все они таращились на Мауру, склонившуюся над Ингаром. Однако моего тяжелого взгляда хватило, чтобы и те, и другие разлетелись, будто потревоженные воробьи. Во тьме мы смогли бы провести ритуал незаметно, но у Ингара не осталось времени, чтобы ждать следующей ночи.