Книга Фамильяр с подвохом, страница 75 – Александра Ибис

— Арти, - я постучала пальцем по крышке, как если бы надеялась, что он реально откликнется. Он не откликнулся. – Прынц ты мой, надеюсь, для того, чтобы ты очухался, тебя не полагается по всем сказочным канонам целовать?

Ответа всё ещё не было. Я тяжко вздохнула и попыталась столкнуть крышку с основной части гроба. Тяжёлая, ослабленной мне она ни в какую не поддавалась. Лёжа животом на крышке, как безвольная кучка, я в итоге заставила себя встать. Удержалась на ногах. Вынула палочку и попыталась использовать магию, чтобы сдвинуть крышку. О том, что на чары могут потратиться крупицы магии, жизненно необходимые для того, чтобы хотя бы уползти, я решила не задумываться.

Палочка подключилась к моему источнику, считала мысленно желание – и хрустальная крышка слетела в пустое пространство тёмного коридора, тянущегося за гробом. Я же пала прямо на грудь Арти. Он точно был живым – я ощущала его тепло. Или это мои щёки покраснели столь сильно, что грели?

От того, что я на нём лежала, мой фамильяр всё ещё не очнулся. И от того, что я его звала мысленно, не зашевелился.

— Серьёзно? Правда, целовать? – взвыла.

Разум активно сопротивлялся самой идее очередного поцелуя между нами, в то время как тело, и без того измотанное и с трудом управляемое, напряглось от предвкушения практически до болезненного покалывания в ладонях. Оно ещё помнило, что прошлый наш поцелуй с Артамоном не был завершён должным образом, и хотело продолжения, терзалось любопытством. И всё же меня останавливали собственные сомнения.

Мы с Артамоном не были знакомы так уж давно. Каждый день с ним был чертовски насыщенным, но если посчитать, сколько времени прошло, едва собиралось десять суток. Гораздо больше времени мне потребовалось, чтобы из домашней идеальной девочки превратиться в куда более свободную и неосторожную. То, что от меня требовали принять новые чувства быстро, меня не устраивало. Как и не устраивало то, что я не услышала от Артамона чего-то достаточно убедительного, чтобы верить в искренность его намерений. Чтобы понимать, откуда у намерений ноги растут, ведь я ему не сразу приглянулась. Приглянись сразу, мой мозг, может, работал бы несколько иначе.

Я умела шутить шутки, но не переносить их в реальность. Я умела искать, но умела находить. Я умела убегать, но не умела оставаться.

— Ладно, Арти, но если мой поцелуй не станет для тебя палочкой-выручалочкой, то я не виновата, - я привирала. Если у меня не получится его разбудить, то я почувствую себя виноватой. Артамону не понадобилось и двух недель, чтобы увеличить объём моего внутреннего бака вины, чтобы он мог принимать в себя больше. Либо же дракон значительно опустошил его своими словами и поступками, чтобы в нём появилось место.

Я подтащила себя к лицу принца и огладила его щёку вялой кистью.

— Интересно, а в академии бы научили правильному расколдовывающему поцелую? Впрочем, принцы и рыцари, спасавшие принцесс, магией не особо владели, - произнеся какую-то чепуху, я легко соприкоснулась губами с фамильяром.

Дотрагиваться до него первой подобным образом было волнительно до дрожи в коленях. Я бы и рада списать дрожь только на плохое самочувствие, но нет, я ожидала чего-то, чего не знала, чего-то особенного – и поцелуй ощущался по-особенному. Целомудренным, потому как рот Арти закрыт и от него нет ответа, осторожным и лёгким. Легче бы только бабочка по губе крылом мазнула.