Книга Фамильяр с подвохом, страница 74 – Александра Ибис

Итог: я не разбилась. Я упала в воду, сошедшуюся надо мной грязновато-жёлтым холодным одеялом. Она защипала от неожиданности распахнутые в ней глаза, забилась в рот и нос, украла дыхание. Она тянула на дно, чтобы я навсегда осталась здесь. И, быть может, я бы утонула. Если бы пришла одна. Если бы не была связана с кем-то. Если бы у меня не было мотивации бороться за что-то!

Сначала я ощутила тепло, а потом увидела, как вверх поднимаются пузырьки. Вода вокруг закипала и быстро, я имею в виду прямо-таки стремительно, испарялась, словно я находилась в ванне с подогреваемым кипятком – и вместе с тем из этой ванны вынули пробку. Не прошло и минуты, как я осела на влажной земле, отплёвываясь. А ещё через минуту и земля, и я были абсолютно сухими.

— Не на ту напали! – фыркнула, поднимаясь из грязи. Впрочем, силы свои я переоценила: ноги не сумели меня удержать, я бахнулась назад. Пялясь в потолок, я пыталась высмотреть дыру, в которую угодила, но не видела её, словно та заросла так же быстро, как и появилась, хотя в нормальном городе в принципе невозможно было бы так, что случился обвал – и все последствия его исчезли.

Живот болел – явный признак истощения магического резерва. Палочка в сапоге подрагивала, как человек при температуре.

— Ничего, милая, прорвёмся, - утешила её я и встала на корячки. – Если я не смогу идти, я поползу! И уверяю, даже из этой позиции я найду способ подгадить!

В пещере, где я очутилась, было просторно (конечно, ведь я высушила какое-то подземное грязное озеро) и светло от потолка с кристаллами. Они тоже светили жёлтым, так что, возможно, что я и наговариваю на степень загрязнение озера, вода могла казаться жёлтой от их блёклого свечения. Впрочем, здесь всё ещё стоял жуткий запах. Впереди виднелся какой-то подземный коридор, и я действительно поползла к нему на четвереньках. Какой бы потешный у меня ни был сейчас вид.

В коридоре свет давали те же кристаллы. Где-то вдалеке светило что-то яркое – и спасибо, что не тускло-жёлтое, а то нагоняет тоску! И чем ближе я подбиралась, тем с большей обречённостью осознавала, что это что-то высоко, преграждает дорогу и чтобы посмотреть на это или обойти, придётся подняться и перелезть через него.

— Я смогу!

А если не смогу, то, надеюсь, к тому моменту Титарий и Гарри найдут способ добраться сюда или хотя бы тоже провалятся. Помирать здесь в одиночестве я не собиралась! С рыком, я добралась до ступенек, которые вели к чему-то блестящему на постаменте. Ступеньки – это прекрасно, забраться по ним куда легче, чем вставать без опоры, ещё и посидеть можно. Я и сидела на каждой, убеждая себя, что мне сидеть нравится, а не резерв истощён до предела. Рывок – и я встала с самой верхней ступеньки, чтобы увидеть, что всё это время мне светил… хрустальный гроб. Хрустальный гроб, с потолка над которым свисали цветы, достаточно большой, чтобы в нём поместился взрослый мужчина. А в том гробу… Нет, не царевна, не принцесса, не красная девица, а…

— Ну, привет, Артамон…

От звука его имени плети растений, казалось, покачнулись, один цветок оторвался и опал на крышку. Артамон лежал в гробу, с закрытыми глазами, погружённый в глубокий, если верить сказкам, магический сон. Его длинная золотая коса блестела, раскинувшись на белоснежной подушечке и плече, а кожа казалась бледнее. Я бы очаровалась, что бледность ему к лицу, если бы не смотрела на свои побелевшие руки и не осознавала, что это плохой, болезненный признак. Не знаю, что с драконом делал этот гроб, вытягивал из магическую энергию для города или наоборот оберегал от его вредоносного влияния, раз фамильяр до сих пор жив и дышит, так как грудь вздымается, но в любом случае его надо было как-то отсюда вытаскивать. И если он здесь, то скоро должны появиться повелитель мёртвых и старший дракон, которых под землю приведёт запах Артамона.