Книга Подснежник для сурового Апреля, страница 12 – Тиро Томое

— Я, что, гниль лесная, чтобы разбираться в хитросплетении ваших с засранцем Мерлом колдовских действах? Кто кому лизнул и как подобрался к хрейдмару? Ты, Канаку, лучше знаешь! Но, видит Старый Кмень, тебе на руку изменения в ритуале, — взорвался прямолинейный Аран длинной тирадой.

— Ты, — ледяные глаза Канаку опасно сверкнули, — трижды оскорбил великий и древний Дом Цветущей Вишни.

Стебель в руках Канаку стремительно почернел, покрылся пятнами гниения, которые тут же перекинулись на полураскрывшийся бутон. На стол опали поблёкшие лепестки цветка. Через секунду полумёртвые лепестки истлели, оставив после себя лёгкий запах гниения.

— Ты, считаешь, что можешь делать это безнаказанно? — прошипел Канаку пристально глядя на здоровяка Арана.

— Угрожаешь? Хочешь померяться силой, гниль садовая? — оскалился глава Дома Камня.

— Остыньте, — Дагондар положил ладонь на плечо Канаку и слегка нажал, — не место и не время. У стен есть уши, а у некоторых даже глаза. На твоём месте, Аран, я бы принёс извинения Дому Вишни. Я всегда симпатизировал Дому Камня, ценил вашу прямолинейность и силу, но сейчас я тебе говорю, Аран, ты глава Дома и должен думать над словами, прежде чем их произносить.

— Дагондар, текучий, как струя племенного быка, ты всегда думаешь над словами? — набычился Аран, — или сейчас просто ляпнул, чтобы ляпнуть?

Дагондар, гибкий, как речной тростник, откинулся на спинку стула и одарил Арана безмятежным взглядом.

— Если ты возьмёшь в привычку думать и размышлять, Аран, то можешь постичь новую для себя форму магии. Мысль. Мысль, что способна горы свернуть.

— Не пошёл бы ты…— заревел Аран, — намекаешь, что я тупой?

— Намекает? — Канаку бросил остатки стебля на стол и брезгливо вытер пальцы о тонкий батистовый платок, на ткани расползлись грязные влажные пятна, — намекают не так, о мудрый глава Дома Камня.

Лёгкий бриз прошёлся между главами Домов, остужая их горячие головы. Он принёс запах соли, аромат цветения и прохладу каменных гротов. В спор вмешалась Айлита, глава Дома Воздуха — единственная женщина, стоящая во главе рода. Её мелодичный голос зазвучал звоном колокольчиков.

— Мужчины, — фыркнула она и поправила вьющуюся смоляную прядь, — всё бы вам решать силой. Остыньте. Не время вступать в распри. Никто из нас, глав Домов, не мог повлиять на изменения ритуала. И хрейдмар не мог.

Её слова, негромкие, мелодичные, но разумные привлекли общее внимание. Взгляды всех глав Домов тут же устремились к Айлите. Красавица блеснула зелёными глазами, кокетливо накрутила локон на тонкий пальчик, украшенный длинным ногтём. Пухлые губы раздвинулись в улыбке.

— Вы сильные, мощные, — она переводила взгляд с мужчины на мужчину, — но такие торопливые. Неужели и на ложе любви вы так же спешите? Что вы знаете о ритуале? Только то, что он выбирает невест, которых упаковывает в золотые яйца и приносит к отбору, как главное блюдо?

— А на кой хрен этот ритуал ещё нужен? — не удержался Аран.

— Оу! — рассмеялась Айлита, — ритуал этим не ограничивается, дорогой Аран. Кстати, глаза у меня чуть выше.

— Да? — масляно мерцающий взгляд Арана медленно поднялся вверх и встретился с зелёными глазами Айлиты.

— Так гораздо легче вести диалог, Аран, — мягко улыбнулась она, но во взгляде мелькнул ледяной холод. Мелькнул и тут же погас, сменившись распутной теплотой, — ритуал идёт от древней магии. Настолько древней, что в то время стихии ещё были одним целым, а сами рода не разделились на отдельные Дома. Тогда в нас было больше от демонов, нежели от людей. Мы были гораздо сильней, мощней и безудержней. И совершенно не умели любить. Ритуал это не про любовь. Ритуал про выбор лучшей пары для главы правящего дома.