Книга Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей, страница 102 – Ли Литвиненко

— Сколько проходов в твоей двери?

— Как раз, чтобы нам сходить туда и вернуться обратно, – широко улыбался, разглядывая ее глаза. – Постой, – резко затормозил эльф и указал на яркую витрину. Они уже вышли из парка и как раз проходили мимо модного магазина. В большой украшенной еловыми ветками ветрине были выставлены бальные платье. – Примеришь? Для бала.

— Ну не знаю…

— Твое появление подтолкнёт совет быстрее согласовать нашу заявку. Они увидят тебя, будут очарованы, как я, и быстренько со всем согласятся. Нельзя же такой красавице нарушать закон и рисковать жизнью, шастая через границу?

— Если ради закона… – Берк нехотя поднялась по ступенькам магазинчика вслед за эльфом.

Хозяйка заведения, троллька средних лет, с жадностью уставилась на красавца эльфа. Ее взволновала не внешность, а богатое одеяние гостя. Да ему ничего не стоило скупить для своей подружки все платья в ее магазине!

— Не уверена, что мне нравится… – Из всего ассортимента Бёрк больше приглянулось одно – из светло-голубого бархата. Но его стоимость, написанная на приколотом к манжету ценнике, смущала. Конечно, у них с девочками были карманные деньги, и сумма, по сравнению с ее прошлой жизнью, была немаленькой. Но вот так выбросить горсть монет за платье на один раз?..

— Я оплачу, – подбодрил ее эльф.

— Нет! – отрезала Бёрк решительно. Еда, цветы – это понятно, но одежда… Было в этом что-то неправильное. – Я заплачу за него сама. Только так. Иначе я никуда не поеду.

— Хорошо, – смиренно согласился Рэдариэл и распахнул дверь примерочной. – Тогда я подгоню его по вашей фигуре. Бесплатно.

— Согласна.

Смешная. Удивительная. Иная.

16. Праздник зимы

Когда Жар-город окончательно засыпало снегом, его жители с присушим им энтузиазмом принялись готовиться к празднику Обновления. Это главное торжество в году, потому на украшение улиц и домов денег не жалели. Все вокруг стало блестящим и ярким. На Огненной площади водрузили главную городскую елку, украсили дутыми стеклянными шарами, карамельными звездами, завернутыми в фольгу, и длинными завитками золотой мишуры.

Обитатели «Пряной лавки», наблюдавшие за этим из окон, подняли бунт.

— Ну, дядюшка, ну пожалуйста, – молитвенно сложив руки на груди, уговаривала Лучана.

— Нет! – фырчал тролль. – Глупость. Пустая трата денег.

— Но так хочется ёлочку… – Девушки окружили его хороводом и мешали идти к кухне.

— Вот с окна на нее и смотрите. Кто мешает?

Прижимистый торговец, не желал тратить сбережения, на глупые атрибуты праздника. Пока простаки разорялись на блестяшки, Варди завел себе другую традицию: каждый праздник он находил причину не украшать свой дом. Однажды он сильно болел, потом часто уезжал. Бывало, закрывал лавку на ремонт. И придумывал еще много разных причин. Традициям нужно следовать, тем более собственным, потому он стойко держал оборону.

— Нет! Нет! Нет! – никакой мишуры, а то… мыши заведутся! – придумал он новый предлог и трусливо скрылся в кухне.

— Говорит прямо как Татимир, – сказала Бёрк. – У того в случае чего тоже то мыши заведутся, то ногти на коленках вырастут.

— Что будем делать? – расстроенная Лучана оглядела сестер.

— Обойдемся без него, – вздохнув, решила Берта. – Готовы потратить свои денежки на праздничное настроение?

Девушки, прожившие в уединении много лет, соскучились по общению и теперь постоянно куда-то ходили, не пропуская ни одного повода, случая или события. Они посещали все представления, поставленные на площади местными артистами, с удовольствием гуляли в парках и просто по улицам, глазели на витрины, заглядывали во все магазинчики и лавки.