Книга Мой ласковый и нежный ... эльф, страница 28 – Елизавета Соболянская

Эллиас вдруг хмыкнул и невесело расхохотался:

— Владыка! Я признаю, что был не прав! Но зачем так?

Девушка посмотрела на него, как на чокнутого, и эльфу пришлось объяснять:

— Я же говорил, что семя дерева справедливости воздает все до капли? Однажды я поспорил с друзьями, что никто и ничто не заставит меня скрывать свое имя, свой род и свою внешность…

Марианна хмыкнула:

— Предлагаешь тебя замаскировать? Выглядишь ужасно, так что ничего сложного, но… как я тебя представлю?

— Сослуживец? — неуверенно предложил Эллиас. — Родственником я быть не могу, мы слишком разные, и… мне лучше не раскрывать себя, а к военным особо лезть не станут.

— Попробуем, — кивнула девушка и призналась: — Других вариантов у меня нет. В последний раз, когда я была в городе, с трудом увернулась от встречи с главой города. Именно этот хмырь претендует на дома и земли моей семьи…

Завершить разговор они не успели — раздался скрип половиц, в кухню заглянула старуха:

— Я пойду, госпожа, надо хоть немного грибов набрать. Если вам чего по дому помочь надо — говорите, помогу.

— Прачка мне нужна, — сразу сказала Марианна, — не болтливая. Чтобы пришла, постирала и никому не рассказывала, кто тут живет и что делает.

— Так с такой ерундой и Тильда справится!

— Тильде еще седмицу лежать, и потом в холодной воде плескаться нельзя, чтобы молоко не пропало! — довольно резко ответила баронесса.

— Тогда младшую пришлю, — пожевав губами, сказала старуха, — она еще не замужем, скажу, что на приданое зарабатывает!

— Присылай, — согласилась Маришка, — я ей заплачу, только предупреди, что от ее языка может жизнь ее сестры зависеть!

Кланяясь, старуха ушла.

Маришка проверила молодую мамашу, принесла ей еще травяного отвара из крапивы, ромашки и шиповника, велела пить и, уже еле переставляя ноги, добралась до своей кровати и рухнула. Не осталось сил даже снять сапоги или поправить сбившуюся рубаху. Хотелось только одного — спать!

Сон пришел ожидаемый, но от этого не менее пугающий.

Поле боя. Высокие артиллерийские валы, укрытия для пехоты, трупы лошадей и людей вперемешку с сизым дымом и искрами магических разрядов.

Магов мало.

Они растянулись в цепочку, чтобы прикрывать своих от ударов эльфийских боевых магов, умеющих каждую травинку превратить в оружие.

Марианна хороша была в атаке, щиты у нее получались только агрессивные — из тех, что плюются в ответ на попытку прикоснуться или взломать, но здесь и сейчас вариантов не было.

Слева стоял герцог Корбет — могучий мужчина высокого роста, с боевым посохом в руках. Он прикрывал основное направление удара и успевал насылать на противника то сонные чары, то ядовитый туман.

Справа красовался вчерашний выпускник лорд Йезль — тоже рослый, но худой, как лучина, парень в короткой потрепанной мантии. Дворянство он получил после завершения Академии магии и еще дергался на каждый окрик. Зато щиты ставил очень хорошо — тонкие, прозрачные, многослойные воздушные щиты, способные удержать и стрелу, и снаряд, и магический удар. Одно плохо — парень впервые видел бой так близко, пугался и терял концентрацию, упуская щит.

Марианна в конце концов встала к нему почти спиной, чтобы не нервничать каждый раз, когда новичок упускает щит, подставляя солдат и офицеров, идущих в атаку.