Онлайн книга «В плохих парней не влюбляются»
|
Но нет… Вместо этого Каха удивил меня. Лишь отступил к стене, прижимаясь к ней спиной. Дышал часто и сбито. И жрал меня огненным взглядом… А затем, словно звонкой и хлесткой пощечиной, обжег вопросом: — Добилась своего, да? Оп-па! А мне дурно стало. Рука сама взметнулась к шее и сжала ее до предела. Где-то там же бесновалось и перепуганное сердце. Ну, потому что, я вдруг со всей ясностью поняла: он знает. Все! Абсолютно все. И явился поглумиться надо мной за это. Посмаковать продажу моей свободы. Потешить свое эго, что все это со мной произошло в его честь. Сволочь! Ведь оно все так и было. И он продолжал… — Нет, реально, мне даже интересно стало, Мара, насколько эпично ты пробила дно, м-м? Еще позавчера ты стонала подо мной и кончала на мои пальцы, а сегодня просто взяла и повесила на себя бирку со стоимостью? Вау! Вот это целеустремленность! И все ради чего? Ради того, чтобы банально утереть мне нос? Я покачала головой и сложила руки на груди. Даже умудрилась усмехнуться, хотя внутри у меня рванула ядерная бомба, разнося меня в клочья. И я больше не видела перед собой этого несправедливо смазливого парня. Я смотрела на чудовище, из-за которого лишилась права выбора и возможности жить, дыша полной грудью. А ему хоть бы хны! Стоял. Скалился. И торжествовал, что хотя бы так заставил меня страдать. — Представь себе, мир не вокруг тебя вращается, Каха, — просипела я надсадно, но нос задрала еще выше, чтобы он видел — я не сломлена им. Я живее всех живых, черт возьми… — Еще можно все отыграть назад, малышка…, — он резко отлепился от стены и сделал ко мне широкий шаг. Но я тут же предупредительно выставила перед собой руки. Боже, он безумен! — Что еще мне сказать или сделать, чтобы ты от меня отстал? — зло процедила я, коря себя за то, что голос мой дрожал и срывался в истерику. И я не знала, на насколько еще бы меня хватило, если бы Царенов вдруг не кивнул мне и коротко не отчеканил: — Только это. Что было дальше? Черт… Я смутно помню. Все ведь случилось так быстро, но в то же время, как в замедленной съемке. Потому что Каха все-таки сократил между нами расстояние. И коротко меня поцеловал. Жарко. Жадно. С хриплым стоном. А затем оторвался и пошел прочь, на ходу бросая мне лишь короткое пожелание: — Удачи в новой жизни, Мара. А осталась стоять разбитая и потерянная посреди гулкой тишины раздевалки. Затем, словно сомнамбула сдернула с крючка свою куртку, накинула ее на себя и двинула прочь из института. И удивленно охнула, когда уже на парковке передо мной выросла поджарая фигура Астахова, о существовании которого я напрочь позабыла. Я вся была насквозь пропитана тлетворным влиянием другого парня. Того самого, который прямо сейчас стоял в паре десятков метров от нас, уперевшись задницей в капот своей машины. И смотрел на нас. В упор! А у меня все внутренности в морские узлы скрутило от этого его тяжелого, препарирующего взгляда. И я уж было перепуганной птицей рванулась прочь, подальше от Никиты, но в следующее мгновение удивленно моргнула. Потому что Каха лишь коротко усмехнулся, отдал мне под козырек, а затем сел в автомобиль. И просто уехал. А я в нерастворимый осадок выпала моментально. И закономерный, полный тотального удивления вопрос сам вырвался из меня вместе с кивком в сторону удаляющегося от нас черного Гелендвагена: |