Книга Развод. (Не) вспоминай меня, страница 10 – Марина Ремарк

— Была.

— Виктор Павлович её вызвал. Сказал, что Артёму нужно «вспомнить рабочие процессы».

Я горько усмехнулась. Рабочие процессы. На Остоженке. В съёмной квартире, за которую, я уверена, платил холдинг.

— Пойдем, — я указала на пустой тупик в конце коридора, у панорамного окна. — Здесь слишком много ушей.

Мы встали у холодного стекла. Москва внизу казалась игрушечной, затянутой серым октябрьским маревом.

— Плохие новости, Вера, — Ирина открыла папку. — Виктор Павлович официально подал заявление в суд. О признании Артёма Викторовича недееспособным.

Я замерла. Я знала, что он на это пойдет. Знала, но всё равно почувствовала, как по позвоночнику пробежал холод.

— На каком основании? — мой голос прозвучал на удивление ровно.

— Ретроградная амнезия. Органическое поражение мозга вследствие ЧМТ. Он утверждает, что Артём не может адекватно оценивать последствия своих решений. Суд уже назначил судебно-психиатрическую экспертизу.

— Он хочет опеку, — я закрыла глаза. — Хочет забрать голоса Артёма в Совете.

— Именно. И у него есть все шансы, если мы не вмешаемся. Как супруга, ты имеешь приоритет, но Виктор Павлович будет давить на то, что вы находитесь в процессе развода.

— Развод не расторгнут, Ирина. Мы всё еще муж и жена.

— Юридически — да. Фактически — он использует твой уход из дома как доказательство распада семьи.

Я посмотрела на свои руки. Белая полоска на безымянном пальце всё еще была заметна. Метка десяти лет. Метка моей верности человеку, который меня списал.

— Это еще не всё, — Ирина перелистнула страницу. — Я сделала то, что ты просила. Подняла кадровое дело Алисы Юрьевны Ковач. Помнишь, она пришла в холдинг за полгода до того, как... началось?

Я кивнула. Я сама её собеседовала. Яркая, хваткая, с отличным дипломом. Я тогда еще подумала, что Артёму нужен такой заместитель. Сама привела волка в дом.

— Посмотри не только на дату, — Ирина протянула мне лист. — Посмотри,чья виза стоит. И чьей — нет.

Я смотрела на сухие строчки. Приказ №142. Март 2022 года. Зама генерального согласует сам генеральный или кадры — так ходят подписи в холдинге, и это я знала лучше всех. Подписи Артёма на приказе не было. Вместо неё в углу стояла чужая на этом уровне — размашистая, властная. «Согласовано. В. П. Астахов». Председатель совета директоров лично завизировал назначение среднего зама, до которого ему не должно было быть никакого дела.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Март. За полгода до того, как Артём впервые задержался «на объекте». За восемь месяцев до его слов про «ресурс».

Виктор Павлович протащил её сам. Мимо кадров, мимо Артёма. Не сын выбрал себе зама — отец выбрал сыну надзирателя.

— Он её приставил к нему, — прошептала я. — Он сам всё это устроил.

— Похоже на то, Вера. Она не просто любовница. Она — проект Виктора Павловича. Способ контролировать сына через постель и вытеснить тебя из финансового блока. Ты слишком глубоко копала в отчетах по «Речному», Вера. Ты мешала.

Я привалилась к стеклу. Оно было ледяным, но мой внутренний жар был сильнее.

Так вот как это работает. Ты строишь империю. Ты пашешь по восемнадцать часов в сутки. Ты вытаскиваешь компанию из кассовых разрывов. А потом твой свёкор решает, что ты стала слишком опасной, и просто... подбирает сыну новую женщину. Как подбирают удобный инструмент. Как заменяют изношенную деталь.