Книга Кровавый урожай в Тенистой Лощине, страница 20 – Джуно Блэк

— Эдвард снова приходил ко мне по поводу завещания. Уже второй раз за сегодняшний день: в первый раз – перед тем, что устроила Дот, а во второй – примерно два часа назад.

Вера в недоумении посмотрела на адвоката.

— Разве это не конфиденциальная информация?

— О, больше нет. Сегодня в обед я подготовил всю документацию, и теперь содержание завещания доступно для изучения всем, кто пожелает. Это требование Гражданского кодекса. Общественность имеет право знать, что происходит.

— Тогда почему беспокоится Эдвард?

— Позвольте вкратце описать содержание завещания миссис Спрингфилд. В нем четко указано, что основную часть наследуемого имущества получают Дороти и Эдвард, но только если на момент распределения имущества оба живы и состоят в браке. В противном случае, если в живых остается только Дот или только Эдвард, кто-то из них получает приличный ежегодный доход, но основная часть наследуемого имущества переходит к следующему поколению. До появления соответствующего всем критериям наследника управление имуществом поручается мне и совету директоров Компании по добыче серебра Спрингфилдов. В настоящий момент это, вероятно, их дочь, Хейзел Спрингфилд, которая учится в университете в одной из заморских стран. Но она ничего не унаследует, пока не вернется домой и не выйдет замуж. Завещание очень своеобразное и детальное. Я могу показать вам все подпункты, но суть только что обрисовал.

Мистер Фэллоу откашлялся и продолжил объяснения:

— Эдвард очень расстроен, потому что, похоже, Дот заявила медицинскому персоналу в больнице, что собирается подать официальное заявление о признании мужа мертвым на основании имеющихся у нее… э-э… доказательств.

— В таком случае она сама потеряет много денег, не правда ли?

— Именно так, но Дороти знает об этом, и ей плевать. Однако Эдвард хочет подать встречную претензию, чтобы признать жену психически нездоровой. В таком случае она не сможет представлять никакие доказательства, потому что, по сути, будет считаться недееспособной. От меня он хочет, чтобы я согласился на отправку Дот в соответствующее учреждение для улучшения ее душевного здоровья.

— Как все запутано, – воскликнула Вера. Она не понимала, почему адвокат всем этим с нею делится, но знала, что он вскоре дойдет до главного.

— «Запутано» – это еще слабо сказано. Спрингфилды уже много лет являются моими клиентами, и все эти годы не было даже намеков на проблемы. А теперь практически за один день они прекратили разговаривать друг с другом, а все их имущество находится в подвешенном состоянии. Эдвард по-настоящему расстроился, когда я сообщил ему, что решение вопроса с наследством займет как минимум несколько недель… вероятно, месяцев. На самом деле, я предпринимаю свой следующий шаг из-за его реакции.

У Веры чесались лапы – так хотелось достать блокнот. Она чуяла здесь пикантную новость.

— И в чем заключается этот следующий шаг?

— Естественно, я не верю словам Дороти, что Эдварда Спрингфилда убили, – произнес мистер Фэллоу очень четко, вероятно, так, как говорил в суде. – В немалой степени потому, что он жив и очень расстраивается из-за того, что обвинение в убийстве создает столько проблем. Но я должен учитывать мои обязательства перед семьей Спрингфилдов… не только моими нынешними клиентами, но также прошлыми и будущими поколениями. Здесь обязательно нужно все прояснить. Я хочу получить свидетельские показания всех, связанных с делом, а также письменные заявления от тех, кто знает больше. Самое важное: я хочу продолжать заниматься этим делом, зная, что Эдвард Спрингфилд жив и здоров, никоим образом не нанося урон чувству собственного достоинства Дороти.