Онлайн книга «Уж на красной сковородке»
|
«В церковь сходить?» — мелькнула мрачная мысль. Подвижек в поиске преступника не было. В районе полудня на связь вышел капитан Буров. Голос коллеги звучал подозрительно участливо: — Вы в порядке, товарищ майор? Мы слышали об инциденте с вашим участием… По крайней мере, вы живы. — Я даже здоров, — резко отозвался Верест. — Ты, конечно же, в курсе наших текущих дел. Хочешь выразить участие? — Ну, и это тоже, — смутился капитан. — Но для этого не стал бы занимать рабочую линию. Есть новости. Виктор Афанасьевич прилежно транслировал ваши пожелания, и вчера мы весь день плотно общались с гражданкой Зубовой Галиной Семеновной. Ее привезли в управление и допрашивали в течение трех часов. Напрямую не угрожали, но намекали, что для нее будет лучше избавиться от лишнего груза знаний. Обстановку создали соответствующую. Ты оказался прав, память лучше работает, когда возникает угроза. Да, ваша знакомая помогла нам с Латышевским, но кое-что припасла на потом. Не думаю, что она об этом вспомнила только вчера — как горячо уверяла. А еще противоречила сама себе, заявляя, что посчитала информацию лишней. Но, может, и не ее в том вина и мы зря наговариваем на добрую женщину. — Короче, капитан. Долгая преамбула. — В течение последних двух лет супруг неоднократно разговаривал по межгороду, используя домашний телефон. При этом вытягивал шнур и закрывал дверь в коридор. Но слышимость была хорошая. Галина Семеновна уверяла, что не хотела подслушивать, но… приходилось. Увы, ничего составляющего государственную тайну она не слышала. Вещали в основном собеседники, а Зубов слушал, иногда произнося ничего не значащие ремарки. Главное, с какими городами он вел переговоры. Например, Сочи. Она слышала, как муж говорил: «Да, Сочи заказывал». В другой раз она сама сняла трубку, и в ней прозвучало: «Вас вызывает Сочи, будете отвечать?» — после чего Зубов отобрал у жены трубку. Это, кстати, популярный способ передачи шпионской информации — если использовать зашифрованные высказывания. Звучит как безобидная беседа — с некоторыми, впрочем, странностями. Но кто из нас без странностей, командир? Чертежи и схемы таким образом не передашь, но описать маршрут их доставки — вполне. Тебе интересно? — Дальше, — потребовал Верест. — Дальше — еще интереснее. Собеседника в Сочи Зубов по имени не называл, как-то обходился. Но сто процентов, что это Кружилин. А вот абонента в Новосибирске… Может, с губ случайно сорвалось, я не знаю. Схема та же: звонок, прихожая, закрытая дверь, хороший слух Галины Семеновны. Работа мужа ее не интересовала, а вот возможные внебрачные связи… Когда понимала, что разговор ведется с мужчиной, интерес пропадал. Но слух оставался. Абонента из Новосибирска он пару раз назвал Иннокентием Романовичем. Или Родионовичем. Но Иннокентием — точно, потому что у нее когда-то был попугай Кеша, которого скушал соседский кот Вася, случайно забредший в квартиру вслед за соседкой. Ту соседку она больше в дом не пускала, новых любимцев не заводила. Зубов был страшно рад, что теперь над головой ничто не летает и не орет. В общем, возникла ассоциация. Точное количество сеансов связи с Новосибирском Галина Семеновна сообщить затрудняется — при ней раза три или четыре. В Новосибирске множество оборонных предприятий и организаций, есть целый Академгородок, где семьдесят процентов учреждений — закрытые. Но, согласись, имя человека не самое популярное, предположительное отчество — тоже… |