Книга Уж на красной сковородке, страница 39 – Валерий Шарапов

Сотрудник проводил фигурантку до Красногорска, где вдоволь насладился видами городка, присоседившегося к Москве, оценил габариты частного дома и даже норов немецкой овчарки — собачка, возможно, и не злая, но с расшатанными нервами.

Майор погружался в какое-то безвылазное оцепенение, по десять раз прокручивал в голове одно и то же. Кого искать? Приказ о поимке Зубова не отменяли. Увильнуть от доклада генералу Неделину не удалось. Виктор Афанасьевич выслушал с плотно сжатыми губами, уставился с выражением: что за научная фантастика? Александр Беляев, Алексей Толстой и Кир Булычев в одном флаконе? Навыдумывали всякой глупости, лишь бы не работать!

— Это не художественный вымысел, товарищ генерал-майор, — подытожил Верест, — а горькая правда жизни. Нынче медицина может и не такое.

— Медицина? — процедил Неделин. — Да это не медицина, а вредительство чистой воды… Уйди, Верест, прошу тебя. Через час явишься с планом оперативно-разыскных работ. Довели до греха, называется. Это цирк какой-то, черт знает что и сбоку бантик!

— Последняя просьба, Виктор Афанасьевич, — вздохнул Верест. — Нам нужно плотно поработать в клинике. Желательно, чтобы коллеги из ПГУ не путались под ногами и не чинили препятствий. Помогите решить вопрос.

— Верест, я кому сказал уйти? — генерал смотрел пронзительно, как коршун на мышь. — Сделай так, чтобы через пару секунд я тебя не видел, очень прошу.

Сутки прошли в лихорадочной работе. Результат был оглушительный — ноль. Сотрудников клиники допрашивали с особым усердием. Люди были напуганы, подавлены известием о гибели четы Латышевских. Большинство из них даже не видели загадочного пациента, хотя и слышали, что один из боксов занят. Для учреждения, находящегося под присмотром органов, это было нормально.

Несколько человек видели пациента с забинтованной головой. Сначала он лежал в палате, потом сидел, вставал к окну, однажды вышел в коридор, тяжело передвигался. Но это понятно, вряд ли побежишь, накачанный лекарствами. Дежурная медсестра сильно испугалась, вызвала Латышевского. Тот примчался, увел пациента, что-то шепча ему на ухо. После снятия повязок доктор быстро удалил пациента из клиники — сотрудник на воротах видел, как выезжала машина. Доктор сидел за рулем, весь какой-то напряженный, пассажир на заднем сиденье прятался в тень, на глаза был надвинут козырек кепки.

Поведение Латышевского вызывало у чекистов недоумение. На чем бы его ни прихватил Зубов, все бы вскрылось. И доктор отправился бы на долгий срок за пособничество. Что-то ему пообещали? Причем не сам Зубов, а некто более убедительный, с документами отнюдь не рядового дипломатического работника?

Чем можно купить советского врача, мечтающего о полноценной карьере пластического хирурга? Разумеется, собственной клиникой за рубежом — в демократическом свободном мире. А не там, где правит общественная собственность на средства производства и закостенелые чиновники-ретрограды не пускают в мир ничего нового. Сделать операцию, потерпеть, потом его с семьей переправят за кордон (четкий план побега, конечно, обрисовали) — и наступит эра счастья. Доктор мог повестись.

Пациент, перенесший операцию, значился в документах как Зорин Валентин Михайлович, имелись даже паспортные данные. Ежу понятно, что липа, — лишь бы продержаться до проверки.