Книга Я люблю тебя, умри, страница 75 – Аки Накамура

Я здесь расстался с членами съемочной группы и вернулся в свою комнату.

Мне не хотелось ложиться в постель потным, но усталость взяла верх. Я собирался в расслабленном состоянии немного навести порядок в мыслях, но провалился в сон.

Когда я очнулся, в комнате было уже темно.

Я решил включить свет, но вспомнил. В коттедже сейчас нет электроэнергии. Когда солнце полностью сядет за горизонт, станет еще темнее.

Оттого, что свет не включается, никто не умрет. Честно говоря, я вот так его недооценивал.

Но сейчас эта ситуация заставила меня осознать. Темнота усиливает отрицательные эмоции у людей. Как вода капает из крана, который невозможно закрыть, так и тревога, страх, сомнения выливаются наружу, образуя в сердце черное пятно. Нужно выдержать моральное истощение. Похоже, ночь будет тяжелой.

Я подождал, когда глаза привыкнут к темноте, и вышел из комнаты.

Я прошел по коридору, который начал погружаться в темноту, подошел к лестнице и заметил мягкий свет, идущий с первого этажа.

На первом этаже были Нагисако и Уруру. Как раз когда мне показалось, что только то место, где они были, парит в воздухе, как на картине Рембрандта, я увидел на обеденном столе несколько зажженных свечей. Видимо, они вместе их расставили.

— Ну как? Довольно романтично для чрезвычайной ситуации, разве нет? – Уруру гордо показала на стол.

Я высказал свое честное впечатление:

— Да, я удивлен. Как будто на шоу. И аромат приятный. Это ароматические свечи? Этот подсвечник тоже очень изысканный.

— Была запланирована «ночь при свечах», – добавила Нагисако с выражением лица человека, который закончил свою работу. – Как вы и сказали, изначально это было для шоу. Раз уж подвернулась такая возможность, я решила ими воспользоваться.

Беспокойное мерцание пламени, наоборот, успокаивало больше, чем флуоресцентная или светодиодная лампа.

Я сел на привычное место, и, пока тупо смотрел на оранжевый свет, остальные тоже постепенно спустились вниз.

В общем, мы вроде как должны были собраться на закате, чтобы обсудить произошедшее. Но, наверное, помнило об этом меньшинство. Возможно, они просто вышли на свет, но, даже если это не так, уже было почти семь часов вечера, время ужина. Люди не могут противостоять биоритмам. Даже будучи охваченными горем, люди все равно испытывают чувство голода.

Я тоже утром и днем толком ничего не ел. Когда я об этом вспомнил, чувство голода, о котором я до этого момента не помнил, внезапно одолело меня.

В этот момент на кухню пошла Нагисако. Она увидела, что все начали собираться, и ловко начала готовить быстрорастворимый суп.

К тому моменту, как все заняли те же места, что и утром, перед всеми стояли кружки и от них поднимался пар.

— Спасибо. С радостью поем, – сказал Кино и первым протянул руку. Хоть он сейчас был под подозрением, его поведение оставалось неизменным, он вел себя естественно и непринужденно.

Я тоже взял ближайшую ко мне кружку и поднес ее ко рту.

Некоторое время все молча ели суп.

Вскоре заговорил Кацура, первым, как и в прошлый раз:

— Спрошу без особых надежд… Есть кто-то, кто за это время что-нибудь заметил или кому в голову пришла какая-нибудь мысль по поводу произошедшего?

Реакция тех, кто сидел за столом, была медленной.

Так встреча могла закончиться, еще не начавшись, поэтому я поднял руку. Я хотел вкратце поделиться со всеми информацией о нашем с Нагисако осмотре места преступления и о нашем обсуждении по поводу загадки запертой комнаты.