Книга Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой, страница 341 – Михаил Михеев

Зато после героического деяния стало хорошо всем, кроме самого Полякова. Тем, кто сидел в засаде потому, что разбежались и больше не испытывали судьбу. Кто не успел разбежаться – потому что всё, отмучились. Своим – ну, тут ясно. А вот Сергей чувствовал себя так, будто из него все кости вытащили. Проще сдохнуть, и голова опять раскалывается. В общем, несмотря на срочно принятые таблетки, следующую пару часов лейтенант пребывал в полузабытьи. Время от времени, обычно когда машину встряхивало на ухабах, его все же выкидывало в реальность, и тогда молодая женщина, почти все время проводившая рядом с раненым и лежащим без сознания здоровяком, давала Сергею воды. Надо признать, за это он был ей очень благодарен – пить хотелось постоянно и сильно. Однако постепенно Сергей все же немного оклемался. А потом и дорога закончилась.

То же место, то же время

Человека ценят ровно настолько, сколько ему платят. Истина эта хоть и стара, но актуальности упорно не теряет. И лучше всего ее смысл познали китайцы – самый продажный, наверное, из живущих на планете народов. Когда-то чиновники Поднебесной, сочтя, что денег много не бывает, ухитрялись продавать со всеми потрохами даже собственную империю. Оптом. А уж городов и прочих бухт – так вообще не счесть. Причем не стесняясь кинуть кого угодно – Порт-Артур тому пример^[76].

И Полтавец, давным-давно лишившийся иллюзий в комплекте с юношеским максимализмом, отлично понимал: доверять китайцам не стоит, продадут. Сейчас они вроде как союзники, но все равно остаются чужаками, а тех и сбросить как балласт не грех. В подобном замечены многие народы, вот только на Востоке подобное возведено чуть ли не в правило хорошего тона, и это следовало учитывать.

Вот поэтому группа и не пыталась прорваться навстречу каким-либо союзным силам. И даже к своей границе не уходила – в условиях окружения это направление слишком предсказуемо, там наверняка будут ждать. Хорошо еще со спутников ныне информацию получать никто не может, и начинает работать старое правило: у беглецов одна дорога, у преследователей тысяча. Если оно вообще будет организовано, это преследование. В условиях творящегося вокруг бардака возможно что угодно.

Однако Полтавец уводил своих людей не наобум, цель у него была достаточно четкая. И вот, к этой цели они вышли. Сейчас полковник, устроившись на вершине холма, обозревал в бинокль место, к которому вышел, и не знал, стоит ему радоваться завершению пути или, напротив, матерно ругаться. Впрочем, этого он, в принципе, и ожидал изначально.

Аэропорт. База китайских ВВС. Длинная, отличного качества взлетно-посадочная полоса, сколь мог судить полковник, совершенно не пострадавшая. Ангары, тоже целехонькие. Есть ли в них хоть что-нибудь, вопрос открытый. И архаичная, внушающая трепет размерами диспетчерская башня, помимо основной функции визуально маскирующая объект под гражданский аэропорт. А над ней шикарный, размерами под стать конструкции, японский флаг.

Подсуетились, гады. Не могли не подсуетиться, все ожидаемо. В самой башне и в нескольких приземистых строениях горит свет – значит, энергоснабжение действует. Но народу не видно, разве что пара солдат на въезде. Тоже логично, в общем-то, пехоты у японцев не особенно много, и если объект использовать в ближайшее время не планируют, но и разрушать не хотят, то располагают на нем минимальный гарнизон. Так, чтобы контролировать, шугать мелкие группы и поднять тревогу и сообщить командованию при возникновении действительно серьезных проблем. Остается вопрос: атаковать или попытать счастья где-нибудь в другом месте?