Книга Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой, страница 220 – Михаил Михеев

— А ты, выходит, умеешь?

— Выходит, умею, – не моргнув глазом, ответил заряжающий. И Дина едва удержалась от того, чтобы потрясти головой – вдруг да полегчает. Полански в Израиле и Полански здесь – это два совершенно разных человека, но, даже с учетом недавно услышанной истории, как такое могло произойти, девушка решительно не понимала.

— Значит, надо уходить…

Полански лишь кивнул. Оба понимали: как только русские вернутся к себе, начнется знаменитый немецкий орднунг^[49]. И если во время конфликта можно было успешно скрываться, ловя рыбку в мутной воде, то сейчас лафа кончится.

— Я проверил машину. Думаю, проскочим.

— Хорошо, тогда завтра утром. Через Украину – там бардак такой, что растворимся, как сахар в кипятке. А уж через тамошние границы проскочить можно запросто.

Дина кивнула. Действительно, незачем изобретать велосипед. И потом, деньги у них имеются, а власти «незалэжной» падки на хрустящие бумажки с американскими президентами.

Именно в этот момент до их ушей донеслись тихие шаги. Кто-то крался к их убежищу. Не шел, а именно крался и в другое время и в другом месте имел шанс преуспеть. Однако, даже если человеку кажется, что он идет бесшумно, все равно хоть какой-то шорох он производит. Посторонние звуки, присутствующие практически в любом месте, теоретически должны его заглушать, но когда вокруг сплошная пастораль, а дождь превратился в автоматически фильтруемый ушами равномерный фон, услышать приближение незваного гостя достаточно просто.

Разведчики переглянулись и отреагировали совершенно одинаково. Проще говоря, схватились за пистолеты. Конечно, наблюдателям ООН не полагается оружия, и они въезжали сюда, что называется, с голым задом, но там, где идет война, не добыть пару стволов – это уже из области фантастики. Вот и сейчас у Дины на поясе висел аккуратный «Вальтер», снятый ею с трупа какого-то не в меру ретивого (хотя и храброго, чего уж там) американца, пытавшегося с десятком солдат остановить танковую роту. Полански таскал «Глок» и огромный антикварный «Кольт» пятидесятого калибра. В углу стояла пара М-16 и калашников, там же прислонился к стене пулемет, опять же русский. Патронов было не то чтобы чрезмерно много, однако на небольшой бой хватить должно было, равно как и гранат. А тот, кто сейчас крался к их убежищу, явно не мог бы устроить сражение. Иначе не крался бы, такая вот простая логика…

Игровая база. Это же время

Именно эти строки^[50] крутились в голове Полякова, отчаянно маневрирующего сейчас по залу. Четверка парней из молодых упорно пыталась его достать, а тренер с деланным безразличием наблюдал, как его лучший ученик старается никого не покалечить и сам по лицу не получить. Бить в ответ ему сегодня запретили, и сдерживаться с каждым пропущенным ударом становилось все труднее.

Вообще, настоящий бой столько длиться не должен. В нем просто нет места эффектным прыжкам и выпадам. Стилизованная пародия на бой, коей, по сути, являются все ныне практикуемые соревнования, и по боксу, и по каратэ, да и вообще любые, где есть хоть какие-то правила, напротив может продолжаться довольно долго. Но при этом схватка теми же правилами делится на ограниченные по времени куски. Здесь же парня гоняли уже минут десять, и он начинал потихоньку звереть. Понятно, зачем это делалось – развитие контроля, умения преодолевать инстинкты и удерживать контроль над собой в любой ситуации, но боже, как же хотелось сейчас плюнуть на все и просто навалять этим умникам, радостно пользовавшимся возможностью поставить шишек тому, с кем бы они ни за что не справились в обычной схватке. И больше всего мешало понимание – он вполне способен их побить, всех четверых, и даже не слишком при этом напряжется.