Онлайн книга «Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой»
|
Откровенно говоря, хотя Дине очень не хотелось в этом признаваться, она подозревала, что болезнь – следствие не столько царящих в этой дыре вечных сырости и холода, сколько усталости. Все же не каждый организм выдержит столько нагрузки. По сути, она уже несколько месяцев, с небольшим перерывом на больницу, воевала. И тот факт, что не всегда бой происходил в классическом виде, ничего не менял. Тайная война остается войной, стресс подкашивал и не таких. Не женское это дело – война… Дверь едва заметно скрипнула, отрывая ее от мрачных мыслей. Полански с медвежьей грацией протиснулся в помещение и, тихо выругавшись под нос, принялся выпутываться из мокрой одежды. Прислушавшись, Дина с удивлением поняла, что ругается он на дикость здешних бюргеров. В той же России в таких закутках будет как минимум печь – это в самых замшелых медвежьих углах, а чаще газовое или электрическое отопление. Здесь же дрянного обогревателя и то нет… — Ты бывал в России? – поинтересовалась Дина, когда Полански, кое-как развесив одежду на им же самим натянутых веревках, подошел к столу, на ходу растираясь какой-то тряпкой, вынужденной заменять полотенце, и сел на хлипкий табурет. От могучих плеч шел пар. А вот пахло от него, как ни удивительно, не потом, а просто осенью. Дину Полански не стеснялся совершенно – слишком долго они воевали вместе, чтобы обращать внимание на условности. — Бывал, – неохотно ответил он. — Когда? — Давно, еще в детстве. У меня там родственники – у прадеда брат после войны там остался. — Это как? — Ну, он воевал с немцами вместе с русскими. Не в их армии, а в польском корпусе, который они организовали. В Берлине ранили… На русской женился – тогда на это смотрели проще. После войны привез жену домой – и их выжили соседи. Они им вслед плевали, уроды. Ну, он тоже на них плюнул, семью забрал и уехал к родителям жены, под Хабаровск. Сейчас там его потомки, мои, значит, дальние родственники. Мать к ним в гости ездила и меня с собой взяла. — И… как? — Пол-улицы занимают – род большой. Огромные дома, поля… Они живут так, как у нас, в Польше, никому и не снилось. Я рыбалку на Амуре на всю жизнь запомнил… — А потом ты к ним не ездил? — Нет. Хотя в России пару раз еще бывал. Я ж до того, как стать… хм… антигравитаторщиком… — Кем-кем? – выпучила глаза Дина. — Грузчиком. Мы ж земное притяжение, когда таскаем всякую тяжесть, преодолеваем, с гравитацией боремся. Дина рассмеялась. Полански тоже улыбнулся чуть грустно и продолжил: — В общем, я много кем был. И вот когда инженерил на верфи… Не в Польше, кстати, здесь, в Германии – ездил. Но, увы, без особого успеха. — Почему? — А русские тогда стали размещать госзаказы исключительно на своих предприятиях. Частные же заказчики… В общем, они ушли в Китай и Корею – там дешевле. Да и объемы у них не те. Мы и так на ладан дышали, а тут окончательно прогорели. Вот и пришлось идти мешки таскать, хорошо еще, сил хватало. А потом рванул в Израиль, благо моя бабушка по матери еврейка. Приняли, конечно, не как родного, но государству нужны солдаты… Дина задумалась. Сказанное Полански объясняло очень многое и, в первую очередь, периодически вылезающие из-под маски туповатого пролетария неожиданные знания и умения. Полански усмехнулся чуть иронически: |