Книга За гранью возможного, страница 114 – Керстин Гир

С некоторым запозданием я почувствовала, как кровь прилила к моим щекам. Наверное, помидоры были сейчас бледнее меня.

— Смотри, Альберт, Матильда зашла в гости к Квинну, – восторженно сказала госпожа фон Аренсбург. Я тем временем суетливо поправляла рубашку, а Квинн незаметно отправил под диван остатки разбитых очков. – Ну что я тебе говорила? Я знала, что эти двое ещё…

— Вы сегодня рано, – перебил её Квинн и слабо мне улыбнулся. Я не успела улыбнуться в ответ.

«Боже! Неужели мои губы тоже такие красные от поцелуев? И если его короткие прямые волосы торчат во все стороны, то как же ужасно выглядит сейчас моя причёска?»

Заколка исчезла без следа. Мне тоже сейчас очень хотелось исчезнуть без следа из этой кухни.

— Мы сегодня закончили раньше обычного, я написала тебе сообщение. – Мама Квинна повернулась к мужу, который остановился в дверях, явно пытаясь сохранить беспристрастное выражение лица. – Я рада, что ты предложил купить ещё один багет, дорогой, и, пожалуйста, извини меня за то, что я назвала тебя углеводным обжорой. Теперь я спокойна: если Матильда захочет с нами поужинать, то еды хватит на всех. – Госпожа фон Аренсбург подняла с пола пакет с покупками и стала его разбирать. При этом она не прекращала болтать. – Конечно, только если у вас двоих больше ничего не запланировано. Обычно по средам мы приносим что-нибудь из тайского или итальянского ресторанчика, но сегодня мы решили, что достаточно будет небольшого перекуса, тем более что в холодильнике ещё осталась вчерашняя лазанья…

— И паста из авокадо. – Господин фон Аренсбург поднял с пола помидоры и радушно мне улыбнулся. – Мы будем очень рады, если ты поужинаешь с нами, Матильда.

— Конечно! Нам бы не помешала помощь в планировании вечеринки-сюрприза для Квинна. – Госпожа фон Аренсбург сияла. – Это будет особенный день: восемнадцать лет исполняется только раз в жизни. Так замечательно, что вы двое снова вместе, то есть я хотела сказать… Вы же вместе? Или это просто маленький ни к чему не обязывающий… Как там это называется в наши дни? Тук-тук? Бух-бух?

Квинн тихонько застонал. Я покраснела ещё больше, хотя, казалось, это уже было невозможно. Мои уши вот-вот готовы были заискриться.

— Наверняка вы не говорите «кувыркаться» или «вытворять кульбитики», это, скорее, из лексикона моих бабушки и дедушки, – со смехом продолжала фрау фон Аренсбург, убирая в холодильник баночки с творогом. – Твоя мама называла это «сладкой минуткой», помнишь, Альберт? Ты тогда так смущался. Как хорошо, что в наше время всё по-другому.

— Да-да, родители сейчас пошли такие, что смущаться нечего, – сказал Квинн, а его отец рассмеялся.

Госпожа фон Аренсбург продолжала, не обращая внимания на язвительный тон Квинна:

— Как бы вы это ни называли, мы, конечно, рады видеть Матильду в нашем доме, не так ли, Альберт? – Она заговорщически подмигнула мне. – В последнее время я постоянно поглядываю на твой дом, но ни разу тебя не видела.

«Верно. Это потому, что я несколько недель подряд пробиралась домой через сады и задние дворы, чтобы избежать неловкой ситуации. Но сегодня я с лихвой наверстала всё упущенное – более неловкую встречу вообразить было бы сложно».

— Я была… Я могу… – пролепетала я, заикаясь и, собственно, не зная, что хотела сказать. Что-то вроде: «Этот день оказался таким изнурительным. Сначала ночной визит демона, потом двойной урок химии и нападение трёх жутких убийц. И я подожгла школу и раздавила ваши очки. Да, и ещё мне срочно нужно в туалет, я только что это поняла». Но я вовремя прикусила нижнюю губу: «Лучше сбежать сейчас, пока собственная болтовня совсем не завела меня в тупик».