Книга Скорбь Стража, страница 67 – Мария Токарева

— Несс, зачем ты яблочные дольки посыпаешь красным перцем? – не удержалась она, глядя на кулинарное кощунство. Тогда Агнесс остановилась и со смущением поняла, что опять все напутала в этом сложном человеческом мире.

— Их разве… не так готовят? Я думала… угостить тебя. Я же видела, что так делают!

Щеки залились румянцем. Ужасно захотелось провалиться сквозь землю или немедленно выйти на околоземную орбиту и уже там сгореть со стыда.

— Да, ты перепутала. Красный перец – это для картошки, а яблоки посыпают корицей. – Эленор взяла одну дольку и осторожно надкусила, задумчиво поморщившись. – Хотя… Вкус неплох.

Эленор явно старалась не задеть, мило улыбаясь подруге. Едва пожарив и доев картошку, она схватила Агнесс за запястье и потащила обратно в комнату.

— Пойдем! Давай отвлечемся от информации и от всего этого.

— А что будем делать?

— Сейчас узнаешь! Кое-что покажу!

— Ой, как интересно! – тут же воодушевилась Агнесс, едва не захлопав в ладоши.

«Как же меня выбесил Джи-Джи! Он не лучше Алистера, не лучше Митрия! И о каком конце света все они знают? Почему я о нем не знаю?! Равновесие! Помни о равновесии! Музыка помогает! Играй! Глуши голос тьмы!» – упрямо твердил себе Сумеречный Эльф.

Тьме нравилось убивать. А ему нравилось играть на скрипке, органе, колесной лире – на чем угодно! Лишь бы не слышать противный жуткий голос. И он играл…

Малый зал Консерватории ночью был погружен в тишину. Позолоченная лепнина, ряды пустующих кресел, мерцающие хрусталем люстры – все это тонуло в сумерках. Лишь могучий орган, подобный исполинскому алтарю, был освещен призрачным серебристым сиянием, исходившим от пальцев Сумеречного Эльфа.

Он играл. Линии мира – и белые, и черные – вторили мелодии, извиваясь вокруг органа, словно ленты. Но для ушей простых людей в зале царила тишина: Сумеречный Эльф окутал себя звуконепроницаемым барьером.

Когда в этом коконе возникло легкое колебание, он даже не обернулся. Он знал, кто это.

— Красиво играешь, – прозвучал за спиной голос Агнесс.

Музыка медленно угасла, оставив после себя, казалось, лишь эхо в параллельных измерениях.

— Спасибо. Для чего ты пришла?

— Спросить про киллера Демьяна. Я решила, что это проще всего. Ведь ты всезнающий!

— Ох, Агнесс… И снова можно усомниться в том, что я обладаю всезнанием, – протянул Сумеречный Эльф.

— Ты не знаешь его судьбы, потому что она переплетена с твоей? – догадалась Агнесс. – С нашей… С моей, с судьбой Эленор.

— Да. И да. Хотел бы я знать, кто этот парень.

— Он охотится на Эленор!

— Я знаю… Я… Моя тьма создает сейчас такие помехи, что я боюсь приближаться к Эленор, милая-родная Агнесс! Я бы очень хотел помочь. – Сумеречный Эльф устало покачал головой, внезапно понимая, что уже долгое время уважает одну лишь Агнесс из всего воинства семарглов. Она не будила тьму, все ее действия казались невыносимо правильными.

— Ничего. Я защищаю ее! Но все-таки… Поговори с ней, она ведь… очень тебя ждет. Ждет уже больше десяти лет, – вздохнула Агнесс, приближаясь к собеседнику. – Лучше показать фрагмент этой тьмы, чем… чем равнодушие!

— Возможно, ты права. Да.

— Так что насчет Демьяна?

— Ничего. Он работает на Озимого. Его подвергали неким исследованиям, сделавшим его сильнее. Но остальное для меня скрыто. Возможно, надо проверить ряд объектов. На северо-западе есть, кажется, еще действующий бункер.