Книга Скорбь Стража, страница 20 – Мария Токарева

— Нираш! Как я должен был тебя остановить?! Мы ведь… были союзниками, – пробормотал Митрий, не ведая, к кому желает воззвать. – Ты не слушал.

Но вскоре он огляделся и увидел, что рассказ ведется вовсе не для него: в полумраке зала оказалось еще с десяток слушателей. И среди них ярко выделялся один широкоплечий парень с пепельными волосами и горящими во мраке фиалковыми глазами. Он сжимал в руке уродливый кривой меч и с религиозным благоговением смотрел на Раата. Похоже, Митрий попал не просто в плен, а на посвящение… на создание нового темного орудия.

— Раньше Бенаам населяли эльфы, люди и семарглы. И ты не удержал это равновесие. – Нираш встал и подошел ближе, его тень упала на связанного Митрия. – Эльфы превратились в вампиров. Во главе со мной, твоим бывшим союзником, получившим асурский титул Лорд Отчаяние! А суры, семарглы? Вы рассеялись межзвездным светом. Но сейчас я только рад этому преображению!

— Ну что, Волвив, продолжишь нашу историю? – почти ласково усмехнулся Раат. – Докажи, творение мое, что ты хорошо усвоил мои уроки.

— Продолжу, Раат-сама! – полубезумно воскликнул парень, как в экстазе, начиная кланяться. С квадратным подбородком и дважды сломанным носом, он выглядел грубым и неотесанным, но перед императором проявлял неестественное уважение.

— Расскажи все, что ты выучил. Кого мы сейчас поймали?

— Митрия! Предводителя семарглов! – торопливо, как прилежный школьник, лающим голосом начал Волвив.

— Так, а какое же наше заветное желание? Что мы сейчас пытаемся найти на Земле? – терпеливо пропел Раат.

— Ключи! Ключи и Алмазы! – прогавкал Волвив. – Ваше заветное желание – добраться до Норы Змея, чтобы выпить его силу и стать сильнее. Но для этого надо вырваться из Бенаама. И портал, ведущий к Норе, оказался спрятан на Земле.

— Верно, Волвив, верно. А сам Бенаам… – Раат вздохнул и неопределенно повел рукой. – Стал ловушкой.

— Ты гордился этим? Тем, что превратил наш общий дом в тюрьму? – прорычал Нираш, ударяя Митрия меж лопаток и выдирая несколько перьев из его крыльев. – В полигон для своих экспериментов? Ты запер нас здесь, но ты же и уничтожил все. Ты не спаситель, Митрий. Ты – такой же разрушитель, как и мы. Только ты прикрываешься словом «долг».

Раат вновь приблизился к Митрию, как будто отгоняя Нираша. По-птичьи склонив голову набок, император асуров долго и задумчиво смотрел прямо в глаза, точно ввинчиваясь в мозг. И Митрий не мог зажмуриться.

— Ты построил эту клетку, тюремщик. И теперь ты поможешь нам найти в ней лазейку. Или… – Рука Раата с длинными ногтями приблизилась к груди Митрия. – Ты станешь тем, кого я так долго искал.

Прикосновение было ледяным, выжигающим душу. Митрий зажмурился, пытаясь уйти от реальности, но образы разрушенного Бенаама, лица бывших друзей, искаженных тьмой, жгли его изнутри сильнее, чем черные линии снаружи. Он проиграл.

Хотелось верить, что братья и сестры услышат его послание и активируют оружие. Как минимум он поделился информацией с Агнесс, с этой глупой бунтаркой. Вся надежда оставалась только на нее. Хотя Митрий не верил, что ей по плечу такая ноша. И от этого сердце разрывала тяжкая горечь.

Теперь ее усиливала чья-то невыносимая боль. Чужая боль? Митрий слегка обернулся на высокие арочные двери и заметил, как двое стражей-вампиров, чьи фигуры в черных кителях больше походили на сшитые между собой лоскуты высохшей кожи и призрачных теней, вкинули в зал трепыхающуюся фигуру. С глухим стуком они бросили нового пленника на отполированный обсидиановый пол перед троном Раата, уже вольготно восседавшего на пурпурных подушках.