Книга Скорбь Стража, страница 19 – Мария Токарева

Раат рассмеялся, обходя полукругом пленника. От волнения и восторга, от своего торжества он щелкал острыми зубами. На мгновение он превратился в гигантского змея, показывая истинную натуру космического дракона, но уменьшенного, заточенного в рамки небольшой формы, хотя тварь в хитиновом панцире и так заняла половину зала, начиная обвиваться вокруг Митрия кольцами, сдавливая его грудь, живот и крылья, удушая и обжигая соцветиями черных линий.

Митрий только сжал зубы, надеясь, что скоро его вытащат крылатые братья. Не могли же они не услышать его сигнал!

Он переживал не за себя, не за свою трижды опостылевшую жизнь, а за то, что не успел завершить миссию. И так, возможно, обрек Вселенную на гибель.

— Стойкий ты наш, – прошипел Раат, вновь превращаясь в человека с алыми глазами без белков. Лишь в их непроглядном рубиновом мареве мерцали вертикальные змеиные зрачки.

Он стоял посреди тронного зала – этого жуткого сочетания форм готических соборов и техногенного капища – и покачивался, казалось, в такт неслышимой музыке.

Да, определенно, Раат танцевал, изящно отклонив голову, теперь уже одетый в сизо-лиловое кимоно, расшитое серебряными узорами, напоминающими застывшие слезы. Его пальцы, украшенные алыми когтями, двигались с утонченной грацией.

Рядом, уже в такой же одежде, но с золотым шитьем, лениво щелкал алыми когтями Лорд Нираш. Его человеческое обличье – лицо аристократа с высокими острыми скулами и тонкими губами – было лишь маской, скрывающей сущность кровожадного вампира.

— Ты… тварь… – выплюнул сквозь зубы Митрий, ощущая, как в душе клокочет огонь злобы. Злобы, что когда-то считалась для семаргла грехом.

— Не спеши обвинять, – отозвался Раат. – Что мы тебе успели сделать? Крылья немного помяли? Может, мы привели тебя, чтобы ты вспомнил вместе с нами историю. Нашу общую. Ты ведь любил поучать, правитель семарглов. Любил придумывать свой вариант истории. Послушай же нашу версию, которую мы расскажем нашему молодому слушателю.

— Зачем? Я никогда не присоединюсь к вам! – воскликнул Митрий, решив, что, возможно, давние враги захотят переманить его. Его! Предводителя семарглов, который рискнул всем, чтобы остановить асуров.

— О, милый друг… Никто не зовет тебя к нам. Пока что. Мы всего лишь заучиваем урок. Начнем? В давние-давние времена, в начале Вселенной, существовали мы, – нараспев проговорил Раат, и его слова отразились образами на экране черных линий в центре зала. – Силы зла, космические драконы-змеи: Змей Хаоса и я, ваш покорный слуга. Мы были первыми. Разрушителями Вселенной версии «один ноль». А потом появились они. Людишки. Со своими мелкими страстишками. И уверовали, будто мы соткались из их пороков. Будто их жалкая злоба могла породить такое великолепие разрушения! В вашей Вселенной версии «два ноль» мы нашли… иное применение. Стали теми, кто пробуждает в людях порочные страсти. И если человека обуревают темные чувства, он может стать одним из нас. Моим прислужником. Или Вороном Лорда Нираша.

— Змей Хаоса создал черную дыру, Нору Змея, затянул за собой осколки миров, – подхватил Нираш. – И где-то там, в тех Мирах Змея Хаоса, до сих пор теплится жизнь. А ты… – Он снова посмотрел на Митрия, и его глаза вспыхнули багровым огнем. – Ты, Митрий, и твои се-марглы встретили моего повелителя здесь. В Бенааме. И я встретил. Встретил, и никто меня не остановил.