Книга Скорбь Стража, страница 100 – Мария Токарева

— Митрий! Как он мог! – воскликнула она.

— Но его все равно надо спасти, – напомнил им обоим Сумеречный Эльф. – Если он сейчас проходит через нечто подобное…

— Проклятье, кажется, в небе над городом опять раскрывается портал из Бенаама, – встрепенулась Агнесс.

— Ох, а я слышу, как кто-то опять крадется к Эленор! Я иду к ней!

Земля, Москва, 2025 год

Сон для Эленор всегда был тихим убежищем, пока в его чертоги не начали вторгаться иномирные монстры. В эту ночь снова пришел Верховный Ворон, его рука уже тянулась к светящемуся ее силуэту.

— Отдайте Алмаз, милая леди, и сможете навсегда быть рядом с вашим Сумеречным Эльфом.

— Нет! – выдохнула Эленор, ощущая, что не в силах пробудиться. И рядом не оказалось Агнесс. Она не могла пробиться на этот слой мира снов? Казалось, уже придется принять предложение Ворона, нависающего тенью черных линий. Но между ними, как живой щит, возник… Сумеречный Эльф. Тоже в образе ворона, но каменного.

— Ты не получишь Алмаз Жизни!

Он ловко перехватил атаку врага снопом белых линий. Две непоколебимые воли схлестнулись в безмолвной битве.

— Почему же? В таком случае, сэр, может, вы милостиво вручите мне ваш Ключ? И сможете счастливо зажить с Эленор.

— Ты ничего не получишь! Ты зло!

— Зло?

— Вы, асуры, кормите пороки людей! – выпалил Сумеречный Эльф, отчаянно хватаясь за белые линии, которые теперь окутывали спящую Эленор, точно хрустальный гроб. Под их защитой создавалась иллюзия безопасности.

— Это Митрий так нас оговорил? Что ты вообще знаешь о природе асуров, всезнающий? Нет большего зла, чем то, что творят сами люди! – Призрачный голос Алистера в мире снов был холоден и убедителен. – Они оправдывают рабство, насилие, лицемерие. Они давно уничтожили в себе все человеческое.

— Но ты и сам перестал быть человеком, – отчеканил Сумеречный Эльф. – Если ты презираешь их, зачем лезешь в их мир?

— Я – часть зла, – отрезал Алистер. – Моя цель проста: служить хозяину.

— Признать зло – не значит исправиться.

— А зачем исправляться? – с насмешкой ответил Алистер. – Что есть твое добро без моего зла? Каждый волен в выборе. В этом – свобода.

— Свобода выбора… – Сумеречный Эльф вскинул новый сноп белых линий. – Но ты утверждаешь, что можно сознательно выбрать зло, зная про добро?

— Разумеется. Многие ищут не радости, а наслаждения. А наслаждение часто граничит с болью. Я не зову никого за собой. Я просто даю выбор тем, кто уже сломлен. Я свой выбор сделал. И он был не ради власти, – хладнокровно отчеканил Алистер, и на мгновение образ гигантской черной птицы рассыпался. Предстал печальный мужчина в черном, как будто траурном, костюме. И он с болью смотрел на противника.

— Так что, позволить миру погрузиться в хаос, если каждый изберет саморазрушение? – яростно выкрикнул каменный ворон Сумеречный Эльф. – Такие речи могут сбить с пути многих, но не меня.

— Пусть каждый сам решает, как ему жить.

Сон превратился в кошмар, от которого Эленор не могла пробудиться. Но она знала: Сумеречный Эльф пришел! Он защищал ее! Яростно отбивал атаки черных линий, рвал их каменным клювом, получал ожоги, но снова кидался в атаку, даже когда его броня рассыпалась гранитной пылью.

Внезапно Сумеречный Эльф, очевидно чувствуя шаткость своей позиции, сменил тактику: он обрушил на Алистера обрывок чужой памяти, сотканный из черно-белых линий.