Книга Раб и меч, страница 110 – Сэм Альфсен

Нуска оглядел своего зверя с головы до ног: красавец, что тут сказать! Золотая грива и шкура, крупные лапы, длинный хвост с кисточкой на конце. Пазузу были невероятно красивыми созданиями, и Нуска жалел, что когда-то убил одного из них.

Смеркалось. Все собрались вокруг одного костра, естественно, кроме Сина. В отряде, что сопровождал эрда, была Вильна. Она свысока взглянула на Нуску, но затем сказала:

— Не забудь заглянуть к Сину.

Нуска встретил и старых знакомых: Отэн и Хаз сразу же подошли к нему, окружили, хлопнув по плечам, а затем воскликнули:

— Мы знали, что ты не бросишь Скидан!

— Что?.. – неуверенно отвечал Нуска, придавленный весом двоих вояк.

— Ты остался с нами. Сильнейший хаванец на континенте. Немногие верят в победу Скидана, но мы-то знаем, что ты сыграешь не последнюю роль в этой войне! – говорил Отэн, генерал, у которого в подчинении был отряд Нуски три года назад. Арцент, чьи волосы и борода уже поседели, еще помял плечи Нуски, а затем усадил его у костра; Отэн, не замолкая, заваливал Нуску информацией и вопросами. – Ты был очень хорош в тех схватках! Ещё и вересковая пустошь! Как вспомню, так вздрогну, там ведь и я мог погибнуть, но твоё чутьё нас спасло!

— Вы преувеличиваете… – кашлянув, отвечал Нуска. Чтобы отвлечься от похвал, он наполнил чашу алкоголем, но, только втянув его запах, поморщился. Ром.

— О-о! Я слышал, ты был в мореплавании! Рассказывай: там правда пьют ром заместо воды?!

— Не совсем… – отвечал Нуска, крутя в руках чашу. – Обычно его добавляют в воду, чтобы она дольше сохраняла свою свежесть. Наш капитан решил сэкономить: он не взял металлические бочки, потому что рассчитывал, что наше путешествие не займёт и двух недель. Но посреди Глухого моря нас настиг штиль. Вода в деревянных бочках начала тухнуть, последним выжившим действительно пришлось пить ром.

— Последним выжившим?! – охнув и хлопнув себя по бёдрам, воскликнул Отэн. – Невероятно! Вы голодали?!

Нуска коротко кивнул. Тут же подсуетился Хаз – он принёс миску, полную варёного мяса, но Нуска отмахнулся от еды как от огня.

— Сурии Нуска… вы не будете есть? – удивился Хаз.

— Есть что-то… без мяса?

Хаз удивился ещё больше:

— Вы же любили мясо?

— Не хочу говорить об этом, дайте мне просто лепёшек, – усмехнувшись, отвечал Нуска.

Хаз ушёл за лепёшками, а Отэн долго смотрел на лекаря, прежде чем спросить:

— Я видывал такое. Деревня, в которой я родился, находилась на самом юге Скидана. Там не почва, а песок. В один год весь скот помер от какой-то болезни. Конечно, столица подсуетилась, отправила запасы провизии, но пока они доехали… После этого моя мать тоже отказывалась от мяса, её воротило от одного вида крови. Позже я узнал, что мои погибшие братья помогли нам с матерью выжить.

Нуска выронил чашу и обнял самого себя за предплечья. Мурашки бегали от головы до пят. Сердце застучало сильнее.

— В конце нас осталось трое. Я, капитан и Кок. Он был единственным скиданцем на корабле помимо меня. Я поддерживал его жизнь с помощью дэ. А затем капитан принёс мне суп…

Нуска выдохнул, мотнув головой. Страшные воспоминания вспыхивали перед глазами, перекрывая собой настоящее.

— Нуска, это лишь означает, что ты должен продолжать жить. И твоя жизнь должна быть настолько великой и славной, чтобы ни один из погибших не смог упрекнуть тебя. Конечно, это накладывает невиданную ответственность на нас, живых. Но не позволяй прошлому влиять на настоящее и будущее. Жить в страхе – значит признать его своим господином.